Записки из бронзового века

А я это дело так словесно распишу и по миру молву о тебе пущу, что всяк знать будет, что нет на этой земле сильнее, величественнее и мудрее нашего любимого вождя, – добил я главнюка любимым аргументом всех начальников и тем более завоевателей, улыбаясь во все тридцать два зуба.

Перспектива вождю понравилась. И он уже голову запрокидывать начал, чтобы кивнуть в знак согласия, да шамана, собака сутулая, влез.

– Камлать надо! Такое большое дело без камлания не делается! Духи совсем от нас отвернутся! Вод ночью из реки вылезет и всех сожрёт, – начал голосить толмач.

– Дело говоришь, – моментально переобулся я, чухнув, что этот дятел может легко пойти на принцип и в свою угоду насвистеть, что ему угодной будет. И ведь послушают же, поверят и на здравый смысл забьют. – Сейчас немного отдохнём и покамлаем, и споём, – подмигнул я главнюку. – Как раз вождь новый бубен заценит! Шаман – зелья забористого наварит, – заржал я, пародируя киношного мега-злодея.

В этот момент шамана видеть нужно было.

Мне показалось, что он, как минимум, в тысячный раз за этот вечер пожалел, что сохранил мне жизнь и позволил в племени остаться.

У него на лице таки читалось: «Мама, роди меня обратно! Эксперимент вышел из под контроля, подопытный перехватил инициативу и метит на моё место!»

– Да не очкуй ты так, шаман, – похлопал я толмача по плечу. – Мы же компаньоны! Твоя партия основной будет, а я так, на подпевках побуду.

Поверил он мне или нет – я не понял. Вот в первый раз тут такое со мной получилось.

До этого то я все эмоции аборигенов на раз-два на лицах читал, да и чего их читать то было, если они как дети малые – открытые и честные, а сейчас вот с шаманом не прокатило.

Может он от меня этому научился? Дурное то быстро перенимается. И само по себе.

Примерно об этом я и думал, топая к своей землянке. А как вошёл в хату, так меня ещё сильнее накрыло. День, что ли такой, погода или луна не в той фазе…

– И нафига я всё это затеял? Нафига попёрся в лидеры? Ещё и инициативничаю… Оно мне нужно? Главарь же – это не сплошные привилегии, а офигеть какая ответственность.

Что тут, что в моём мире, – размышлял я, развалившись на шкуре и пялясь в еле трепыхающееся пламя дежурного костра.

Минут десять я самобичеванием занимался, а потом меня как по башке тюкнуло. Точнее, сначала натурально тюкнуло (с потолка комок земли отвалился и прямо мне по темечку), а потом и ответ пришёл.

– Самореализация, самостановление и всякая прочая лабуда.