Записки из бронзового века

На шкуру. А на улице мороз был. Короче, примёрзло всё!

– В хату затащу, там оттают, – психанул я, после нескольких безуспешных попыток отодрать драгоценные сосуды от шкуры. И да, действовать нужно было очень аккуратно! Тут эти невзрачные крынки не то, что на вес золота были, круче всяких айфонов и майбахов.

Вместе взятых.

Почесал репу, кликнул двух друзей-помогаторов и аккуратно затащили всю эту конструкцию в землянку.

А дальше началось необъяснимое!

Только я поставили сию конструкцию неподалёку от костра, как один из звездюков соседских камушком в нарисованную на стене карикатуру быка запустил.

Камушек отскочил от стенки и аккуратненько так прям на крынку упал.

– Бум, – отозвалась шкура.

– Не понял, – насторожился я.

– Ах ты паскудник, – завопила Уна, бросаясь на защиту своей утвари.

– Бум, бам, – порадовала меня примёрзшая к крынкам шкура. – Барабан, – расцвёл я, осторожно постукивая по начавшей оттаивать шкуре пальцами. – Барабан! Ба-ра-бан! – завопил я, пускаясь в пляс.

Соседи от такого в ступор впали и по углам зашкерились.

Видать, подумали, что в меня дух вселился и сейчас вещать начнёт!

Ну я и выдал.

– Кво, – завопил я не своим голосом. – Крынки лепить сложно?

До этого я в тонкости местного ремесла не вдавался. Не до этого было, да и не сильно-то и интересно, если честно. Нет, я видел и замечал, что были те, кто постоянно с руками, перемазанными в глине, ходит, а пара мужиков – постоянно со шкурами возилась. Ещё в каждой землянке был свой оружейник – это те, у кого лучше всех каменные топоры, копья и наконечники для них получались.

Но в этих сферах деятельности были замечены и другие аборигены.

Вот я и подумал, что тут каждый мастер на все руки.

Оказалось – показалось.

– Лепить умею, но корзины лучше получаются. Снегоступы ещё могу. А с крынками сложно. Их, чтобы они не развалились в огне держать нужно. А как правильно, я не знаю. Урх знает, – отмазался мой помогатор, кивнув на мужика, тусившего в самом дальнем углу.

– Урх не только это знает, – пробасил мужик в ответ.

Выслушав мои пожелания, и разглядев, что я изобразил на земле, гончар схватился за голову. Хотя ничего пошлого я не рисовал. Так, набросок африканских там-тамов.

Это такие здоровенные барабаны, похожие на огромные чашки.

– Нельзя такое делать. Духи проклянут, – включил заднюю Урх.

Битый час я пытался его переубедить. Психовал, угрожал, ныл, богатства разные сулил и даже вождём грозил!

Ничего не помогало.