Само совершенство

Я машинально протянула странному мужичку какую-то монетку, чтобы отстал, но он уцепился за мой рукав, тащился следом, и продолжал вещать:

— Узелочкам-то, что не тобой понавязаны, скоро, ой, скоро развязаться. Не страшись силушку свою отпускать, тогда к тебе вдесятеро вернется. Токмо нелюдя под маскою лекарской остерегайся, тебе покуда его не одолеть.

Бабка поморщилась.

— Спасибо тебе, любезный. Нам пора, прости.

Фомушка разулыбался.

— Скоро уходить тебе, женщина. Может, и вернешься еще, но ниточка оборвана будет.

Новая монетка, поданная на сей раз Ильгом, не остановила поток красноречия юродивого. Больше того, он решил сделать нам ответный дар. Порылся в отвисшем кармане старого пальто и вытащил на свет божий лучший для меня подарок — замызганные, облепленные чем-то бусы.

Мы с бабкой только успели радостно переглянуться, как он велел:

— Вот тебе, странница, наряжайся, да больно далеко от дома не ходи, не то счастье свое проворонишь.

— Спасибо тебе, Фомушка, божий человек, — я поклонилась мужичонке от всей души.

Порадовал, чего уж там. А его странные речи я обдумаю потом.

Дома у бабки тем временем нас заждалась изнывшаяся среди чуждых элементов Акулина.

— Ни малости никакой совести нету у вас, барышня, — только завидев меня, завела она. — И на что вы девку свою кинули! Поделать нечего, эти степняки-кочевники сами по хозяйству гоношатся так, что и мяукнуть не успеешь, а все уж сделано. Что нового-то у вас?

— У нас старое, — я победоносно потрясла у нее перед носом новой порцией бусин.

Все-таки удивительно, насколько я привыкла считать домом Галантный век. Словно именно там я однажды появилась на свет. Словно именно оттуда мне суждено когда-нибудь уйти за черту.

Бабка, хоть и знала меня недолго, при прощании уронила пару слезинок. Но тут же махнула рукой и объявила:

— Обо мне не горюй, девочка. Не скучай, живи, делай, что следует.

— Буду скучать, — я тоже зашмыгала носом.

— Пойдемте, Полина Дмитриевна, — потянула меня к выходу Акулина. — Долгие проводы — лишние слезы.

Ну как было не согласиться? Хотя я все равно безумно жалела о том, что встреча с бабкой вышла такой короткой.

Глава 36. Перевертыши

Из коридора я так и вышла — с непросохшими слезами на щеках.