Вдовье счастье

Я вышла замуж по любви и любила мужа до его последнего часа. Для Веры его смерть была ударом, потому и Лукея крыла меня последними словами, полагая, что я — Вера — не выдержала, но Лукея была справедлива, ставя в приоритет не унылую вдовью долю, а детей. Может, она не так и плоха, по-своему любит моих малышей, пусть и необходимо эту любовь направить детям во благо. Но это мелочи, с этим я справлюсь…

— Скоро на поклон ехать, Вера Андреевна, — напомнил пастырь, и я кивнула, развернулась и вышла.

Вера вышла замуж против воли родителей, интересно почему.

Хотя логично, что с такими прекрасными внешними данными Вера могла претендовать на мужа с огромными капиталами и титулом, или все не так просто, как мне, непосвященной, кажется?

Я вышла в столовую, которую пробегала вчера, и сейчас там были отдернуты шторы и серый день играл на богатом золоченом сервизе. Вся посуда была пуста, как в музее, за столом сидел очаровательный молодой человек и при виде меня поднялся.

— Вера Андреевна, милая сестра, — он подошел ко мне, взял мою руку и притворился, будто целует пальцы.

То ли так было положено — сделать вид, то ли он по какой-то причине целовать руку мне брезговал. — Что случилось, не миновать того было, не корите себя.

Я мужественно приняла и это известие, понимая, что оно не последнее и не единственное из дерьма, которое меня ждет впереди. Как бы то ни было, Лукея права, вся моя жизнь отныне подчинена детям, и об этом я не должна забывать — и не забуду.

— Прошу, брат любезный, — громко и нарочито сказала я, как на сцене.

Бейджики бы на вас понавешать, я ведь забуду, кто есть кто. — Добра в доме немного, но завтракать сейчас принесут.

Молодой красавец джентльменским жестом подвинул мне стул, о чем я тут же пожалела. Официанты в моем прежнем мире были куда более ловкими, я же не носила такие длинные юбки, а деверь в попытке мне угодить сначала придавил ножкой стула платье, затем я уже сама больно ударилась косточкой о перекладину. Мое скисшее лицо он истрактовал по-своему.

— Я не оставлю вас, сестра, — уверенно пообещал он, садясь напротив меня, что я тоже списала на местные обычаи, но хоть в тарелку мне смотреть не будет. — Вам придется… нелегко на поклоне.

— У меня дети, брат, — возразила я и выдернула наконец юбку из-под ножки. Стул подпрыгнул, брови деверя тоже. — Ради детей я буду держаться. Я попрощалась с ним… я была счастлива, разве не так? И отныне мой долг перед мужем сделать детей счастливыми.