Иная судьба. Книга 1

– Вздор! Подумаешь, сотня-другая холопов сдохла от голода! Не будут плодиться почём зря. Пусть делят меж собой освободившиеся клочки и не вопят, что земли мало! Так ведь, кажется, хотел ваш герцог?

– Не пытайтесь извращать факты. В трудные времена вам была предложена помощь, но вы от неё отказались. Винить некого. Ваше неразумное управление, похоже, унесло народу больше, чем последняя эпидемия.

– Народу? Кого-кого? – Пальцы с красными лунками вместо ногтей вцепились в меховую полость. – Этих грязных завшивленных скотов, копошащихся в навозе? И клириков, погрязших в блуде больше, чем я сам? Да чтоб им всем… – Кулаки сжались.

– Откуда столько ненависти, брат мой? – покачал головой монах.

– Откуда? Cпросите у него – откуда. – Старик де Бирс ткнул пальцем в сторону капитана. – Они с его распрекрасным герцогом отняли у меня самое дорогое… смысл жизни моей…

Он, зажмурившись, откинулся на подушки.

– Анна… Зачем вы её у меня забрали?

На скулах капитана заиграли желваки.

– Вы дали согласие на брак без малейшего принуждения, – напомнил он.

– Тогда я не знал, не знал, что вынимаю сердце из своей груди.

Барон опустил тёмные набрякшие веки и продолжал, словно в бреду:

– Уехал перед свадьбой, чтобы не мучиться расставанием, не своими руками отдавать её другому. Видел, что рада, глупышка: как же, самый завидный жених, как же – будущая герцогиня… Она честолюбива, моя девочка, а что мог дать ей я, захудалый баронишка? Я отпустил её – и умер уже тогда… Умер.

– К сожалению, нет, господин барон. – Голос капитана был по-прежнему бесстрастен. – Вы ещё живы. Это значит, что вам придётся отвечать за свои деяния.

– А в чём я виноват? – Старик неожиданно захохотал. – В чём вы, представитель власти, можете меня обвинить? Ну да, из меня вышел никудышный земледелец, так это не преступление.

– Ваши люди…

– Это мои люди, и я волен творить с ними всё, что захочу. К чертям собачьим вашу Хартию! Я в первую очередь рыцарь и дворянин, какое отношение герцог имеет к моим холопам? Ха! «Вассал моего вассала – не мой вассал» – так ведь? Или законы изменились? Налоги я плачу исправно.

«Вассал моего вассала…» Увы, эта догма всё ещё действовала, как один из столпов мироустройства, расшатывать который было опасно.