Сабаи

Осторожно отстегнул с лодыжки дедов браслет. То, что его запрещено использовать — ещё не значит, что я не стану его носить.

– Что это за штука?! – взвился Закиро.

– Это… Да так, одна полезная штуковина. Не важно. Рассказывай дальше, пожалуйста.

Закиро посмотрел на меня с подозрением и неуверенно продолжил:

– В клубе было шумно, я пошла в туалет… А там очередь. Я присела на банкетку и задремала…

– Понятно. Дальше?

– Потом проснулась, зашла в уборную… А у меня, там… Господи, да как проснуться-то???! – завопил Закиро, – Где я вообще?!

– Тише-тише, успокойтесь, – я начал обходной манёвр с левой стороны стола, – Мы с вами на Кибере…

– Это какой-то торговый центр?

– Ээээ, вроде того.

Не советую посещать местный фудкорт. Дрянная жратва. Рассказывай дальше, эээ… Люси.

– Я зашла! А там! У меня…. Члеееен... – Закиро разрыдался. – Чёрт! Чёрт! Чёрт!!!! Как это убрать? Оно шевелится! А сисек нет! Их и раньше не было, а теперь совсеееееееееееем неееееет!

Я не сдержался и хохотнул. К счастью, это осталось незамеченным.

Не хватало ещё, чтобы этот чокнутый на меня набросился. Шизоиды очень чувствительные.

– Знаешь, Люси, – сказал я, продолжая приближаться, – в жизни каждого человека рано или поздно бывает член. У кого-то — с рождения. Это нормально. К кому-то он приходит позднее, так сказать...

Стол подпрыгнул. Закиро вылез из укрытия, вытянулся во весь свой не хилый рост и сжав кулаки гневно воззрился на меня.

– Я не идиотка! Знаю, что и куда! Так вот, чтоб ты понимал — у меня не внутри! У меня, блин, снаружи!

И он указал на свои — слава богу, не облегающие, а стариковские, до колен — труселя.

Я сделал задумчивое выражение лица. И потёр подбородок.

Тут и вправду было о чём задуматься. Например, что меня ждёт дальше. В этом кабинете. На этой станции. И вообще, во что превратится моя жизнь, если он сейчас ещё и продемонстрирует масштабы своей проблемы. Смогу ли я это забыть? Но пасовать нельзя. Сдаваться некогда. Мы с Шином не сдались, когда неуправляемые штаны Тэда унесли его бесчувственное тело в ночной мрак нижнего города.

Сколько баров и притонов мы обошли. Во сколько драк оказались случайно втянуты, в поисках нашего друга, мирно дремавшего в канаве возле акведуков! Я выключил нейролинк, чтобы ненароком не записать лишних воспоминаний, и сказал многозначительно:

– Я знаю, в чём дело!

И кивнул для убедительности.

– Это сон? Сон же ведь, да? – умоляюще спросил полковник и заломил руки.