Сабаи

Довольно плачевно, учитывая огромную чёрную дыру на месте приборной панели.

– Электроника — дело наживное. Доварить бы корпус, а панелей, вон, навалом. Сапсана жалко. Это пилот наш бывший… Спёкся в миг, когда аппаратура загорелась. Надеюсь, Камикадзе у нас более везучий.

– Я небесный ас! – заявил Натан. – Сто из ста на симуляторе, столько же на полевых учениях.

Нанобот показал мне на люк в крыше:

– А это, в перспективе, твоё место.

Лаз был довольно узким.

– Я должен отсюда стрелять?

– Ну да.

– А в скафандре я тут помещусь?

– Не сцы, Столбняк! Как раз под скафандр всё и заточено.

– С какой площадки? Тут нет ничего.

– Дык, её оторвало к хренам, – крякнул Нанобот. – Как раз двоих снайперов с ней и прохлопали. Так что думаем от неё отказаться. Минус лишний вес, шустрее летать станем.

На ужин я не пошёл. Хватило и дневной бурды. В том плане, что она оказалась довольно сытной, хоть и мерзкой во всех остальных аспектах. Оказалось, что многие подумали так же. Вместо еды мы налегли на тренажёры. Но очередь в любительский уголок оказалась огромная, а полноценный спортзал, имевшийся в казарме, был на замке. Ключ потеряли, хранитель ключа тоже исчез, в последнем бою. Пока ротный ломал голову над этим вопросом, я завалился в кубрик на ежевечерний созвон с домом.

И как он только это делает?

– Ну что, тебя уже выперли с позором?

– Ничуть, учитель, всё проходит как нельзя лучше. Меня зачислили в стрелки.

– А звание?

– Рядовой.

– Ты недостаточно стараешься, – заявил Вафу, – Пока не станешь сержантом — не смей даже звонить мне.

– Но я и не звонил…

– Конечно, от тебя разве дождёшься такой чести? Приходится старику самому всё делать! Скажи, ты уже говорил с интендантом?

– Нет, учитель, даже не встречал такого.

– Странно. Пора бы уже, – задумчиво пробормотал Вафу. – Ладно. Пока свободен, Столбняк.

И отключился. И откуда он узнал о моём прозвище?

Почти перед отбоем прибыло пополнение, ещё несколько десятков рекрутов. В наш кубрик заселился ниддлеанец. Точь-в-точь как Лия, только мужик. Черты лица вполне мужественные, рогов не было и в помине, как и копыт.