Сабаи

– Интересно, оно так и будет хлестать три месяца? – поинтересовался Пьер. – Это ж сколько денег вбухано в установки!

– Думаю, через несколько дней поутихнет, – предположил Циклоп.

– Значит, сяду на монорельс, – сказал я.

– Камикадзе, садись рядом с ближайшей станцией, – решительно заявил Циклоп и нацепил на повреждённый глаз повязку. – Подождёшь нас тут, а мы нанесём визит вежливости мистеру Вафу.

– Ты всё-таки предлагаешь переться туда вместе? – недовольно пробурчал Нанобот.

Кроха начал снижение в сумеречной пограничной полосе, где ливни ещё не бушевали, но удушливый зной уже не имел силы.

– Не я предлагаю, а нам предлагают, – ответил Циклоп, проверяя снаряжение. Он подготовился основательно, даже сунул в кобуру лазерный пистолет. Я последовал его примеру, позабыв, что мой ствол остался без питания.

– Больно надо. – Нанобот, однако, завозился в своих вещах и выудил со дна ящика с мелкими запчастями свой китель, некогда бывший парадным. Внушительный набор медалей с номерами пережитых циклов мог бы потягаться с коллекцией Закиро.

– Вафу не злой, – сказал Зоркий глаз, вернув на место окуляры.

– Злой или нет, а позволяет себе слишком много. Он чуть мозги тебе не сжёг! Дважды! – ярился Лоуренс.

Значит, как Хулуд попал в беду — так фиг с ним, а обидели Зоркого глаза — всё, кровная месть. Не то чтобы мне не было жалко этого ветерана, напичканного железом по самую макушку, но стало немного обидно за Хулуда. И страшно за Вафу.

– Давайте только я первый с ним поговорю? – предложил я, – а остальные вопросы обсудите потом…

– Он сам нас позвал.

И вновь Натан остался в уютной кабине Крохи, пока я ковылял по задворкам Ада. И хоть Про-Полис теперь было не узнать (да толком и не разглядеть), путешествие было не из приятных. Сводящая с ума жара сменилась противостоянием тепла, исходящего от прогретой за долгие месяцы земли и неестественной прохлады, что давила сверху. В итоге мне было душно (я запихнул подальше дурацкую накидку и облачился в форму вместе со всеми), но голову при этом овевал ледяной ветерок, как из старого кондиционера.

Мы прошли от стоянки по пешеходному мостику через шоссе до трубы монорельса, и пустынная дорога под нами походила на кипящую реку. Из города неслись потоки грязной воды. Раскалённый асфальт шипел от соприкосновения с ними, и от воды валил пар. По обе стороны дороги располагались глубокие желоба для сточных вод, и они были заполнены до краёв, но наполовину — песком.