Сабаи

Лия, однако, с порога дала мне понять, что не пропадёт:

– Здравствуй, хозяин! Отлично повеселились в выходные!

– Ого! – я был несказанно удивлён. – Нейролинк прижился? Так быстро?

– Блестяще! – Лия улыбнулась во весь рот, чем заставила меня невольно поёжиться. – Иногда барахлит. Ваш язык слишком многоуровневый. Так много звуков…

– Уверен, ты справишься. Теперь, когда мы можем нормально пообщаться — кто был твой предыдущий хозяин?

– Квантонский Головорез.

Как романтично.

– Это прозвище?

– Скорее хобби.

– Мило… – я выпал в осадок, – эээ… Обсудим это позднее.

Шин пожелал мне удачи и скорейшего возвращения.

– Вот уж что мне точно не светит, – сказал я. – Отец мечтает, чтобы я пустил там корни. А потом ещё и младшего подтянул.

– Джуна? Он не сдюжит! Слишком мягкий, – Шин покачал головой. – А что сказал наставник?

– О! Он был на пафосе. Сулил всему клану Этанару беспечную жизнь в центре кластера, если я хорошо покажу себя на Кибере. Вообрази!

– Да уж. Ты — и хорошо!? – Шин прыснул в кулак.

– Хей! – я ткнул его кулаком в плечо, – не гони волну! Я умею быть собранным, когда надо.

– Да я просто подтруниваю! Только смотри, не закрути там ещё один бесперспективный романчик.

Я покосился на Лию и Сифри, беспечно болтающих друг с дружкой. Кажется, Сифри решила пересчитать наложнице зубы. В хорошем смысле.

– Я не сдамся. Однажды мне должно повезти, – твёрдо сказал я. – Но тут ты прав, на Кибере ничего не светит, кроме муштры и бесконечных патрулей.

– Зато подкачаешься и в инопланетян постреляешь. Вдруг даже завалишь одного?

– О да, тогда меня точно запишут в пожизненно-посмертные герои!

И мы пропустили по бутылочке пива в счёт моих грядущих побед. Наноботы, только закончившие чистку организма, недовольно заурчали у меня в желудке.

Чемодан поглотил мои вещи, я проверил билеты и документы, раздал указание прислуге: Морису и умной бытовой технике. Напоследок спустился в подвал, проведать спящую Берту.

Я провёл последнюю ночь на Сунге в хитросплетении улиц нижнего города, в его вечной сырости и затхлых парах канализации, в свечении неоновых витрин и криках виртуальных зазывал.