Сабаи

– Шарить в этой жиже не стану. Вдруг оно… ядовитое.

Или живое, хотел добавить я, но промолчал.

– Ничего не ядовитое! – Послышался раскатистый и почему-то обиженный голос.

Мы обернулись. Из соседней ванны у стены, показалось раскрасневшееся лицо интенданта. Помятое такое. Подобное лицо бывает, когда много плачешь и трёшь глаза руками. Как Тэд в первом классе.

– Ну вот, я же говорил! – Облегчённо сказал Хулуд. – Вот оно, никуда не делось. Забирай и пошли.

Ниддлеанец скрестил руки на груди и прогулочным шагом отошёл в сторонку, всем своим видом показывая, что на этом его миссия окончена и в дальнейших действиях Хулуд участвовать не собирается.

– Эм… Привет! – сказал я.

Она — а в том, что это всё ещё Люси не было никаких сомнений – поджала губы, увидев меня. Со сморщенного лба отклеился один из нескольких мигающих датчиков и шлёпнул Люси по носу. Она раздражённо смахнула остальные.

– Чего припёрлись? – Люси насупилась и опустила голову ниже, так что из-за борта ванны виднелись только красные как знамя Нихона глаза.

– Спасать тебя, зачем же ещё!

Я хотел подойти ближе, но Люси рявкнуа командирским тоном:

– Назад! Я не одета.

– Э… а где твоя одежда? – Удивился я.

– Откуда мне знать! А вообще, это ванная! Или вы в своём дурацком будущем моетесь в одежде?

– Вообще почти не моемся. Вода — слишком редкий ресурс, грязь счищают вакуумом и ионами. На худой конец, лазерно-плазменным методом. Ещё есть углеродные печи, но…

– Не важно! С чего вы взяли, что меня вообще надо спасать?

Действительно.

– По-моему, это очевидно, – сказал я. – Ты же в ловушке!

– Ну и что с того? Ты вообще хотел меня упечь в тюрягу! Или в психушку. То транквилизаторами обколешь, то убийство на меня повесишь… Да иди ты! – пропищала Люси.

– Воу. Полегче! Да, мне пришлось тебя усыпить, но с этим вроде уже разобрались. Что до убийства — ну подумай ты, зачем мне было тебя подставлять?

– Если бы я знала, то сама бы тебя и сдала! Я вообще не понимаю, что всеми вами движет? Какие-то кланы, какие-то заморочки непонятные.

И дальше в том же роде. Жестяная ванна как рупор, усиливала брутальные мужицкие рыдания.

– Послушай, Люси… – Я осторожно подкрался к ванне и постучал по стенке.