Чёрный хребет. Книга 5

Только куда дальше? Голубая жемчужина позволяет держаться в воздухе совсем не много. Было бы замечательно преодолеть весь путь до Дарграга подобно птице, но я на такое не способен даже в мечтах.

Нужно действовать иначе.

– Где живёшь? – спрашивает двадцатилетний парень с голосом курильщика, больного раком лёгких. – Кто твои родители?

Только сейчас я понимаю, что у присутствующих сплошь светлые волосы. Я – единственный из всех с тёмными. Они думают, что я с восточной части деревни. Это хорошо. Пока они не признали во мне шпиона.

Это значит...

Что я могу рассорить жителей деревни между собой!

– А не пошёл бы ты в задницу? – спрашиваю.

Нужно вести себя как житель Торхиха.

– Никогда вы мне не нравились, – отвечает парень, ничуть не рассердившись. – Вы все в Реазате – хитрожопые ублюдки.

Да и зачем ему злиться, когда он считает, что я полностью у них в руках.

Смущает другое: он упомянул Реазат, о котором как-то рассказывала Илея. Именно эта деревня разрушила её собственную, отчего молодой девушке пришлось долго скитаться, прежде чем она пришла в Дарграг.

Значит, Торхих – это сразу две деревни, живущие бок о бок. И если судить, что жители с разным цветом волос не успели перемешаться между собой через браки, он образовался не очень давно. Лет сто максимум. Какое-то событие заставило их объединиться и с тех пор они существуют вот так. Одной большой деревней.

Поэтому вызывая злобу у присутствующих, я увеличиваю пропасть между двумя секторами Торхиха.

Мне сделают очень больно за мои слова, но это будет того стоить.

– Лучше быть хитрожопым, чем кривохерым, – говорю. – Я бы убил себя нафиг, если бы родился одним из вас!

Всё получается как нельзя лучше. Я оскорбляю толпу передо мной, а ненависть собираю не только на себе, но и на всей темноволосой части населения Торхиха. Если я вскоре испарюсь, то они примутся искать меня в дальней части деревни, а те люди, в свою очередь, начнут отвечать агрессией на агрессию. Убийство Гилла темноволосым подстегнёт Торхих к междоусобице, которая нам сейчас очень на руку.

– Кажется, он хочет, чтобы мы его изуродовали, – говорит парень. – Так не будем же ему отказывать в этом желании.

Толпа выдвигается ко мне, однако парень их останавливает:

– Подождите. Прежде, чем мы превратим тебя в заготовку для рагу, ответь, каким образом ты умудрился свернуть шею моему брату, хотя он явно покрепче тебя.

Ни следа скорби или сожаления в голосе.