Хладнокровный ублюдок, яростно рвущий аристократов

Желания вступать в диалог не было, но я остановился и повернулся к ним.

— Ты, кажется, обознался, — хмуро произнёс я.

Компашка заржала, сперва один, потом и все остальные. Хотя ничего смешного я не говорил. Надежда разойтись мирно, бортами, таяла, как утренний туман.

— Ну и видок у тебя, земеля, ты чисто упырь таёжный, — гоготнул белобрысый парень с татуированными пальцами. — Закурить есть?

— Лёш! Ну ты чего, не видишь, парень в беду попал! — попыталась заступиться за меня какая-то девица в джинсовой юбке и кожанке.

Гопники заржали снова.

— Закурить? Ты же спортсмен вроде, — сказал я. — В спортивном костюме. Тут, вон, турнички рядом. Или я ошибся?

Я полностью осознавал своё превосходство над ними. В точности как раньше. Но если раньше это было превосходство урождённого аристократа над обычными пролами, и за моей спиной незримыми тенями маячили клановые безопасники, то теперь я ощущал истинную мощь. Которая, впрочем, не спешила ко мне возвращаться после схватки с Воронцовым.

Нет, я всё так же видел и различал потоки энергии, чувствовал магию внутри себя.

Но при этом чётко понимал — ещё немного магии, и я просто выжгу себя изнутри, лопну от перенапряжения. Это как в спортзале заставить новичка, который тяжелее члена в руке ничего не держал, сходу выжимать двухсоткилограммовую штангу. Его просто придавит так, что он не сможет даже шелохнуться. Вот и меня, можно сказать, придавило.

— Слышь, бродяга, а ты откуда дерзкий такой? — с вызовом спросил у меня тот, кого назвали Лёшей.

— Попробуй, угадай, — сказал я.

Видок у меня и в самом деле был потрёпанный, так что я ничуть не удивился, что эти пролетарии решили до меня докопаться, соскочив с насиженного места и перегородив мне путь.

Кто-то из компашки хлопнул его по плечу, шепнул что-то на ухо. Видимо, начали о чём-то догадываться.

— Ты чё, клановец? — спросил кто-то из них.

— Уже нет, — честно ответил я.

Пролы переглянулись.

— Убил клановца, — сказал я. — Наследника.

Они силились понять, шучу я или нет, или просто пытаюсь произвести на них впечатление, но я был абсолютно серьёзен.

— Дома телик включите, в новостях будет… Может быть, — сказал я.

— Ребят, может, ну его? — тихо спросила одна из девушек.

— Хотите тоже в телевизор попасть? — спросил я.

Парни снова переглянулись, пытаясь решить, как лучше будет поступить. Убраться восвояси или всё-таки попробовать меня на зубок.

— Свистишь ты, дядя! — заявил их лидер.

Я усмехнулся, достал из кармана мобильник Воронцова.