Итан Хазгу. Проклятый лес

Он отлетел куда-то и пропал, а я стал понемногу привыкать к непривычному видению.

Скоро я различил, что иду не по полу, а по ровной утрамбованной земле, а вокруг меня разбросаны небольшие круглые хижины с коническими крышами. А то, что я принял за потолок, оказалось густым туманом, висящим сверху сплошной непроницаемой для взгляда плитой.

— Бу! — негромко сказал я, желая скорее услышать свой голос, чем позвать кого-то. Но звук отразился от стен построек и вернулся ко мне, налетев со всех сторон. — Бу... Бу...

Ближайшая ко мне хижина стояла с распахнутой дверью и я пошел к ней, все еще привыкая к мельканию красок, мельтешению цвета и переменчивости форм.

Шагов через десять постройка оказалась совсем рядом и я поневоле подивился ее величине. Издалека она казалась меньше.

Внутри клубился густой мрак, и я засомневался, стоит ли туда заглядывать. Мне хватило и того, что я положил руку на косяк и почувствовал твердый, похожий на дерево, но более прохладный материал.

Обернувшись, я заметил крупную, грузную, и в чем-то человеческую фигуру, неспешно шагающую ко мне.

Толстяк с невероятных размеров животом, огромным шаром выступающий вперед и свисающий почти до колен. На круглой лысой голове выделялись крупные уши с оттянутыми мочками и темный провал рта. Ни глаз, ни носа у этого существа не имелось, как и одежды.

Несмотря на тучность, толстяк шагал легко, и его пузо, казалось, нисколько ему не мешало. И двигался он прямо ко мне, как будто знал, где я нахожусь.

Не желая поворачиваться спиной к черному проему двери, я отошел на пару шагов в сторону, и жирдяй немедленно нацелился на меня.

Около его ног крутилась другое, похожее на собаку существо, стелющееся по земле, или вернее вдоль земли, наподобие морского ската, если бы те умели летать по воздуху.

— Тонкие кости, чужак, — приветствовал меня толстяк, громким раскатистым басом. — Туман высосет их, не успеешь оглянуться.

И довольно заухал, широко разинув свою беззубую и безгубую пасть.

— Туман? — вопросительно переспросил я и покосился вверх, на сплошной серый слой, висящий в нескольких метрах над головой.

— Ты убил господина Крель-К’азза, я чую в тебе его джарх, — сообщил мне жирдяй. — Не волнуйся, мне нет никакого дела до него. Теперь, когда он мертв, по крайней мере.

И снова я услышал его уханье, вернувшееся многократным эхом.

— Что это за место? — поинтересовался я. — Как я сюда попал?

— Джарх любого занги-тара, как вы, люди, их называете, стремится домой, чтобы слиться с Праматерью.