Падение Империи

Острые клыки животного блестели в слабом солнечном свете, пробивавшемся сквозь кроны деревьев. Его глаза налились кровью, и Мальтус понял, что это животное охотилось уже несколько дней и было голодно.

Детёныш слабо пискнул и отчаянно замахал сломанным крылом, пытаясь освободиться. Крупная птица с серебристо-голубыми перьями, которые отражали свет, как зеркало, билась о землю, но была слишком слаба, чтобы справиться с хищником. Её когти, несмотря на их длину и остроту, не могли пробить шкуру хищника, который, казалось, наслаждался своей добычей, смакуя каждую секунду её боли.

Мальтус сжал кулаки, глядя на происходящее. На мгновение его парализовал инстинкт самосохранения. Он был один, а хищник — не мелкий зверь, которого можно было бы просто убить кинжалом. Но его внутреннее чувство справедливости взяло верх. Он не мог просто смотреть на страдания существа.

Осторожно, стараясь не привлекать внимание хищника, Мальтус вытащил свой нож. Он понимал, что у него будет только один шанс. Подкравшись к зверю со спины, он сделал быстрое, резкое движение.

Лезвие пронзило бок хищника, который взвыл, выпуская детёныша из своих когтей.

Хищник попытался развернуться, но Мальтус был быстрее. Он нанес ещё один точный удар в горло зверя, и кровь хлынула на землю. Хищник взвыл в последний раз и замер, его массивное тело тяжело рухнуло на траву.

Мальтус, тяжело дыша, посмотрел на мёртвого зверя, затем перевёл взгляд на детёныша. Тот всё ещё лежал на земле, тяжело дыша и дрожа от страха.

Серебристо-голубые перья детёныша блестели, словно сделаны из металла. Его большие, влажные глаза смотрели на Мальтуса с явной тревогой.

— Спокойно... всё кончилось, — тихо сказал Мальтус, опускаясь на колени

Птица была удивительно красива. Её перья переливались всеми оттенками голубого и серебряного, словно были покрыты тончайшим слоем стекла или драгоценного металла. Клюв был коротким и острым, но во взгляде не было агрессии, только страх. Крылья детёныша были широкими и мощными, но одно из них было сломано.

Мальтус внимательно осмотрел повреждения, осторожно касаясь сломанного крыла. Птица слабо пискнула, но не пыталась вырваться.

— Ты, как и я, осталась одна в этом лесу, — прошептал он, испытывая

ёкся. Он знал, что птица не выживет одна. Её сломанное крыло означало, что она не сможет охотиться и защищаться от хищников, таких как тот, что испёкся.

Мальтус осторожно поднял птицу, стараясь не повредить её крыло ещё сильнее.