Императорский отбор

Надо бы найти черновики тех книг и узнать, что именно вырвали бунтовщики. Пожалуй, стоит вернуться в Зимний и проверить личные покои ее величества — если там, конечно, хоть что-нибудь осталось.

— И думать забудь, — окрысилась Анна. — Не хватало еще осквернять ее комнату своим присутствием.

— По правилам вы не можете вмешиваться в испытание, — ответил ехидной ухмылкой. — Ни как мой телохранитель, ни как цесаревна. Вас тут вообще быть не должно, и вряд ли император обрадуется, если узнает, что вы сбежали из дворца.

— Это угроза? — девушка шагнула ближе и чуть не ткнула полой шляпы в лоб.

— Это предупреждение. Или исполняем закон до конца — или не исполняем вовсе.

— Клянусь кровью — ты ответишь за свою дерзость.

— Вы мне и так житья не даете с момента нашей первой встречи. И опять же — если бы не закон, я бы вообще сюда не приехал. В гробу я видал такую жену, как вы.

Громко свистнуло, лицо обожгло огнем, а в глазах на миг потемнело. Мне залепили такую пощечину, что я крутанулся вокруг оси и грохнулся, как подкошенный.

Хорошо, что бестия сдержалась и не выпустила когти, иначе от башки осталась бы в лучшем случае половина. Щедрин тут же подбежал и помог встать, а гвардеец использовал магию, чтобы вернуть меня в чувство. Когда же пляшущие пятна вокруг погасли, Анна снова подошла и прошипела:

— Ничуть не сомневаюсь. Клирика можно лишить ремесла, но ремесло из клирика не вытравить никогда.

После чего развернулась и быстрым шагом отправилась прочь.

— Вы в порядке, сударь? — помещик пощелкал пальцами перед носом.

— Вроде да, — с хрустом вправил челюсть, как после доброго крюка.

— Ей богу, не повезет ее будущему мужу.

— Ну почему же, — сплюнул и проверил языком зубы. — Гессен или Каминский наверняка придутся ей по нраву.

К нашему приходу в руинах Зимнего уже никого не осталось. Охранник провел нас в искомое помещение — раз уж мы сами изъявили желание его осмотреть, то подсказкой или помощью это не считалось. В просторной светлой комнате царил ужасающий разгром, и одной только мебелью бунтари не ограничились.

В гобелены, ковры, штукатурку и простыни намертво въелась кровь — похоже, императрицу избили прямо в кровати, а затем волоком потащили на улицу. Что довольно странно — как можно проспать вспыхнувшие в городе беспорядки?

И почему она не оказала сопротивления? Конечно, можно предположить, что все багровые следы остались от налетчиков, но тогда отметин было бы в десятки раз больше.