Императорский отбор

Уж я-то видел вампиров за работой, а тут характерные брызги, как будто женщине расквасили лицо — причем явно не руками.

Гнев толпы неутолим, о чем говорят посмертные фотографии Муссолини и Каддафи. И здесь была не вынужденная казнь, как в случае с семьей Николая Второго — где также не обошлось без чрезмерной жестокости — а показная расправа над ненавистными упырями. Остается лишь узнать, действительно ли Анхальты заслужили такую злобу или же речь идет о местной вариации кровавого навета?

— Кошмар, — напарник выдохнул и перекрестился, глядя на осколки зеркал и перевернутый туалетный столик так, словно зверское убийство случилось не полвека назад, а вчера.

— Несладко же им пришлось.

Молчаливый как тень гвардеец не удержался от тихой усмешки. Меня же обнадеживало то, что за прошедшие годы здесь никто не ошивался — даже вурдалаки. Все золото и каменья, само собой, вынесли победители, вот только книги и рукописи не показались им особенно ценными. Я присел перед опрокинутым шкафом и достал из-под горки пыльных томиков измаранные и усеянные кляксами листы, сшитые в увесистую стопку.

Черновой вариант работы назывался довольно эпично: «Подлинная история государства российского без орденской цензуры и лживых наговоров». Немного разобравшись с датировкой, я узнал один крайне любопытный факт о том, как именно появились вампиры на Руси.

И как оказалось, наемники Анхальта дрались под Нарвой еще будучи вполне обычными людьми.

Глава 22

Писательский талант у мамы Анны — мое почтение. Начал с сухого описания а-ля «учебник истории за седьмой класс», и не заметил, как полностью погрузился в повествование, точно в виртуальную реальность.

И вместе с царем Петром — величественным, высоченным и несгибаемым — шел по лагерю после битвы в окружении болезненных стонов израненных и умирающих солдат.

Клирики склонялись над лежаками из мокрых от крови досок, однако потери были столь велики, что лекарей на всех не хватало. Приходилось ограничиваться старшими офицерами, оставляя рядовых и унтеров на попечение судьбы.

Петра это доводило до холодной ярости — по свидетельствам очевидцев, он так сильно сжимал рукоять палаша, что погнул хвостовик.

Войдя в шатер, где лежали немецкие наемники, царь размашистым шагом приблизился к главе ордена, что вдохновлял подчиненных молитвами и воскурением благовоний. Схватил за грудки и тряхнул так, что грузный старик оторвался от земли, точно тюфяк с соломой.

— Где твоя помощь?! — гаркнул полководец прямо в побледневшее лицо.