Интриган. Новый Петербург

— Правда? — колдунья вернулась на место и облокотилась на столешницу. Халат при том чуть распахнулся, открыв взору куда больше, нежели положено по этикету. — И давно бросил? Неужели война отводит дурные привычки? Думала, только усугубляет.

— В нетрезвую голову чаще попадают пули, — улыбнулся, стараясь глядеть поверх чарующих глаз. — Так что война приучила держать разум в ясности. Так проще заметить опасность.

— Понимаю, — с легкой ноткой разочарования ответила Софья, словно надеялась на совсем иной ответ, который привел бы к иному развитию событий.

Но получив своего рода отказ, волшебница быстро начеркала несколько строк, разогрела палочку сургуча и запечатала конверт. — Прошу. Удачи в разгадке.

— Премного благодарен, — встал и откланялся, понимая, что встреча закончена.

— Будь осторожен, — женщина положила подбородок на сцепленные «мостиком» пальцы. — Карл — весьма... специфичная личность. Возможно, мое письмо остудит его задор. Возможно, распалит еще больше.

Я вернулся в «люкс» и умудрился снова заснуть.

На любой войне сон — роскошь, есть время и возможность — пользуйся. В половину десятого меня разбудила Рита и сообщила последние новости — звонила Николь, в Академии Наук черновиков и рукописей Парацельса нет. Я показал подруге конверт с адресом на обратной стороне и подмигнул — переживать пока не о чем, расследование продолжается.

После плотного завтрака пришлось опять подниматься к Распутиной с поклоном и просьбой. Мою машину сожгли у здания суда, мотоцикл Риты спалили еще раньше, а приставать с подобными вопросами к едва знакомым магистрам не только неловко, но и опасно — сейчас утечек допускать ни в коем случае нельзя.

После погрома авто вновь из средства передвижения превратились в роскошь, но нам нужны колеса не для веселых покатушек, а для работы. И Софья, похоже, это прекрасно понимала — и положила на стол ключ зажигания с изысканным золотым брелоком.

Ничего не спрашивала, не уточняла, лишь взглянула как на троечников, в очередной раз забывших дома и учебники, и тетрадки, и головы, и кивком указала на дверь.

Спортивный красный «баклажан» покатил по указанному адресу. Хотя с таким количеством блокпостов и застав можно было пойти пешком — останавливаться приходилось буквально через каждый километр и проходить досмотр и проверку личности.

Много времени процедура не занимала — и я, и спутница успели примелькаться в ходе недавних событий, и городовые очень часто узнавали нас в лицо.