Князь Барятинский. Второй курс. Новое оружие

— Подумай хорошо, чего ты больше хочешь: играть на сцене или всем руководить, — предложил я. — И просто поверь мне на слово: и с тем и с другим ты не справишься. Не потому что ты какая-то не такая. Просто одновременно с этими двумя задачами никто не справится.

Надя глубоко задумалась, даже жевать перестала.

— Ишь, — усмехнулся Вова. — А когда, значит, я ей то же самое говорю — ноль внимания.

Подарочек, конечно, императорская чета преподнесла непростой. Я буквально чувствовал, как Надю рвут на части противоречивые чувства и эмоции.

С одной стороны, она хотела играть на сцене. С другой стороны, ей хотелось управлять театром, коли уж он принадлежал ей. Разорваться Надя не могла. И тут где-то на горизонте появлялась фигура антрепренёра. Человека, который будет всем заправлять, в том числе — актёрами. И вот тут-то и возникал сложный иерархический конфликт: Надя должна будет подчиняться ему, в то время как он должен будет подчиняться ей.

Ничуть не легче, видимо, сложится работа с режиссёром.

— Это какой-то кошмар! — объявила Надя, положив недоеденный бутерброд на тарелку. Отодвинула её и уронила голову на стол — не забыв, впрочем, подложить руки. — Мне уже кажется, что я была бы счастливее, если бы просто работала в этом театре актрисой! Зачем мне такой сложный подарок, который меня просто убивает?

— Государю императору — ура! — непререкаемо объявил Джонатан с люстры.

— Ура, — грустно согласилась Надя.

Я молчал, не зная, что тут предложить. Но Вова в этот момент, кажется, принял важное решение.

— Так, — сказал он, промокнув губы салфеткой. — Ладно, поигрались — и будет. А теперь о делах.

Надя подняла голову и со сдержанным удивлением посмотрела на своего жениха.

— Театр, вообще-то, подарили мне, — напомнил Вова, сложив руки на груди.

Ни словом при этом не солгав — формально, по документам, театр действительно принадлежал ему.

— А тебя, дорогая, я пока даже актрисой не нанял, — продолжил Вова. — Так что пока, значится, этим самым пренёром буду я. А там посмотрим.

— Но ведь... Но... — залепетала Надя.

— Правильно, — от души поддержал я. — Вова дела вести умеет, даже не сомневаюсь. А ты — играй себе Корделию с Офелией и не забивай голову всякой ерундой.