Князь Барятинский. Второй курс. Новое оружие

Например, тем, где взять деньги на зарплаты актёрам и рабочим, на оплату электричества, — я со значением посмотрел на люстру, которая, вероятно, за час сжирала столько же, сколько какой-нибудь поденщик из Чёрного города тратил за месяц, — воды, прочистку канализации и замену утерянных номерков.

— Канализации?.. — помрачнела Надя.

— А ты думала! — воскликнул Вова. — Я ж тебе о чём уже неделю талдычу? Это — не кукольный домик! Здесь, чтобы всё организовать, столько работы нужно, что голова кругом... — он махнул рукой.

— А из дворца, между прочим, уже письмо прислали — когда, мол, первое представление. Очень бы хотелось посмотреть.

— Купила баба порося, — пробормотал я.

Допил чай и встал.

— Ладно, спасибо вашему дому. Однако мы с Джонатаном тут проездом, заскочили с внезапным визитом. Нас ждут великие дела в другом месте. Если что — обращайтесь, может, чем и помогу. Хотя и не представляю, чем тут можно помочь... — Я окинул взглядом огромный зал буфета.

Попрощавшись с Надей и Вовой, я поехал дальше, на этот раз — в Чёрный город.

Но стоило мне свернуть на нужную улицу, как Джонатан Ливингстон начал исполнять нечто несусветное. Он метался перед лобовым стеклом, издавая истошные вопли, несколько раз даже задел стекло крылом.

Я, ругаясь, давил на тормоз. Сзади неистово сигналили. Однако чайка не унималась.

Наконец, увидев заправку, которая выглядела так, словно вместо бензина там заливали в баки мочу, я включил поворотник и съехал с дороги. Остановившись сбоку, заглушил движок и выбрался из машины.

Джонатан тут же спланировал мне на плечо.

— Так! — рявкнул я. — Это что за выкрутасы, а?

Джонатан в ответ издал протяжный чаячий вопль, от которого у меня заложило левое ухо. Вообще, ругаться на чайку, которая сидит у тебя на плече, это как-то нелепо.

— Давай-ка договоримся с тобой раз и навсегда: ты не лезешь ко мне, когда я веду машину! Иначе я могу просто разбиться насмерть, понял? Ты же вроде умная птица, всё понимаешь.

— Государю императору — ура! — подтвердил Джонатан.

— Ну вот. Давай придерживаться этой продуктивной линии, договорились?

Джонатан нагло, как кот, ткнулся лбом мне в щёку и потёрся.

— Ну вот и что с тобой делать, а?.. — вздохнул я. — Птица-дегенерат — горе в семье... Ладно, поехали. Полезай в салон, может?

Джонатан не стал возражать. Как только я открыл дверь, он ловко порхнул на пассажирское сиденье и замер там, как изваяние. Загляни кто — подумает, что я везу игрушку в подарок ребёнку.