Пожарский-3

Службе охраны начали рубить головы – значит, не сегодня – завтра рядовые побегут, не дожидаясь массовой резни.

– Амбарный замок-то на их казарме висит уже? – скептически поинтересовался я.

– Пока нет, но дело за малым.

– К концу недели повесят, – поднял палец Горыныч, – помяните моё слово. Или хуже: нараспашку бросят. Заходи, бери что хошь, никому не нужно...

Так и вышло. Трёх дней с побега царевича не прошло, служб охраны порядка ни в городе (ни, тем более, за городом) почти не осталось. Кто из бывших «общественников» по клановым дружинам рассосался, радуясь, что в преддверии войны идёт активная вербовка, а кто и к дурным ватагам прибился, и такое бывало.

В городе пока пошаливали мало, стеснялись кланов, а вот по дорогам вовсю пограбливали, так что количество продовольственных обозов, направляющихся в Москву, резко сократилось. Шли разве что клановые, со своей охраной. Цены на продукты подскочили сперва вдвое, потом втрое, и похоже, что рост останавливаться не собирался. Лоточники исчезли как явление, а лавки работали разве что те, что располагались в каменных домах и торговали через решётку.

Ещё хуже было то, что в приходящем в запустение городе то и дело вспыхивали пожары. Центр держали (и своевременно гасили любые возгорания) кланы – само собой, о себе переживая, а вот окраины горели каждодневно. Тушили в бедных кварталах сами жители, соседи, переживая о сохранности собственного скарба. Но очевидно было, что со дня на день найдётся такое место, где в ряд окажется несколько брошенных домов, и пока люд опомнится да чухнется, огонь наберёт силу и пойдёт гулять по городскому подолу.

..

Нам всё это не очень нравилось, и Кузьма продолжал своё шпионство, надеясь, между делом, напасть на след альвов или хотя бы сломанного Экскалибура (вдруг да его на восстановление не отослали?).

ЛУЧШЕ Б НЕ ИСКАЛ. ИЛИ НЕ ЛУЧШЕ?

Это был тот день, когда я понял, что предыдущее нападение, нацеленное на меня опосредованно (в день посвящения в студенты, когда в особняк Пожарских явилось четыре отряда наёмников), было вовсе даже не нападением – а так, для отвода глаз, или, может быть, вовсе хитрой альвийской игрой, чтобы всей наёмничьей кодле жалование за прошедший месяц не платить.

Альвы – они не только хитрые, но и жадные до посинения. Могли что-нибудь такое завернуть.

* * *

Капитан Золотой Ипатьевской кондотты, Славус Лютовой, бодро шагал по узким коридорам старинной штаб-квартиры своего вольного отряда.