Лицеист

В конце концов, это он усыпил всех в усадьбе и вытащил меня проветриться в город. И первым сцепился с Воронцовым – а я уже подключился позже. И, как ни крути, все это дело остановил: демонстрация боевого плетения, рассчитанного на седьмой магический класс, прищемило хвосты шакалам – и ничего по-настоящему серьезного не случилось.

Ну, кроме того, что уже завтра к обеду весь Петербург будет знать, что почти бездарный младший внук князя Горчакова вдруг осилил заклятье уровня капитана гвардии.

Дед бы убил. Без вариантов.

И именно поэтому мы, посовещавшись по пути, решили для начала сдаться Андрею Георгиевичу. Тот проснулся не сразу, едва не врезал Косте Булавой – но потом все-таки разлепил единственный глаз и, матерясь под нос, кое-как натянул халат, засунул ноги в тапки и прошлепал в кабинет. Там ему, похоже, думалось лучше. Зато все наше сбивчивое бормотание по пути через коридор безопасник, похоже, пропустил – или вообще не слушал.

Пришлось начинать сначала.

– Да чего тут по порядку, – вздохнул Костя.

– Это я уже понял. Давай конкретнее, Константин… и так голова чугунная.

Андрей Георгиевич бестолково пошарил по столу, схватил пустую пачку от папирос, крякнул и тут же полез в ящик за новой. Я запоздало подумал, что ему не помешала бы пара чашек кофе – но принести их было некому. Костя намертво усыпил всю прислугу… не самим же идти на кухню.

Хотя желание удрать присутствовало: слишком уж тяжелый у безопасника был взгляд.

– Подрались у Гижицкой в клубе.

– Ага. А как там оказались? Удрали? – мрачно усмехнулся Андрей Георгиевич. – Ты за этим меня с дедом за стол усадил?

– Было дело, – признался Костя. – Вы так Сашку загоняли, что он совсем лета не видел. Это я его подбил, так что…

– Отставить «подбил». – Андрей Георгиевич сердито сдвинул брови. – Заставил? Скрутил и в город в багажнике вез?.. Или он все-таки сам?

– Сам, – вздохнул я.

– Раз сам – то сам ответ и держи… А дальше чего было?

– Машину Воронцова у клуба увидели.

– Много чести, – буркнул я.

– Цыц. – Андрей Георгиевич погрозил мне пальцем – и тут же зажег на его кончике крохотный огонек, прикуривая папиросу. – Константин, давай дальше.

– А дальше просто: Воронцов с секундантом нашим, – Костя кивнул в Славкину сторону, – не поделил чего-то. Я вступился, как положено.