Травоядный. Том I

Но были и бунтари, хотя любой из них и в подметки не годился Дексу. Этот полночи поносил империю, надзирателей, условия их жизни и будущие перспективы.

«Идиоты! Думаете, сможете обрести свободу?! Хер там! – кричал он рьяным басом, когда речь зашла о турнире, оказалось, что о нем слышали многие (что было неудивительно), но говорили шёпотом, с каким-то мистическим вдохновением, – Целое поколение – а победителей лишь десять! И вы миритесь с этим, принимаете как свою судьбу?! Что за жалкие трусы!»

Да, о турнире я узнал кое-что из пылких разговоров: он проводится каждый год на протяжении пятнадцати лет, и официально его не существует вовсе – по крайней мере для невольников.

Но слухами земля полнится, и слышали разные разговоры надсмотрщиков, иногда удавалось послушать горожан. Но всё сводилось к тому, что целое поколение зверлингов заставляют сражаться друг с другом. И не сказать, что я был сильно удивлён. Причин такому турниру до банального много: чрезмерная плодовитость зайцев, юношеская недальновидность и наивность, ограничение физического и умственного развития и, конечно же, физическая форма. Даже сейчас в моём браке около четверти имеют серьёзные хронические травмы, и их постоянно становится всё больше.

«Но меня не отпускает смутное ощущение, что всё не так просто, – размышлял я, наблюдая глазами Декса за тем, как зайцы выстраиваются в шеренги под крики надзирателей, – Одна идея не даёт мне покоя… Но это… слишком…»

– Шевелись! – рявкнул один из надзирателей на тщедушного хромого зайцида.

Я видел его раньше – он не рассчитал силы, спрыгивая с дерева на сборе персиков, и неудачно приземлился. С того момента с ногой у него были проблемы. Да такие, что даже Лита не могла помочь.

Надзиратель с грубой щербатой мордой подтолкнул его, он споткнулся об выпирающий из утрамбованной дороги камень. Рухнул в пыль, и в глазах его я увидел ужас, он обернулся и увидел, как тигрид без левого глаза сорвал мачете с пояса. Он дёрнулся, попытался встать, но нога вновь подвела его.

– Бесполезный ублюдок! – рявкнул одноглазый и с силой ударил того рукоятью по голове.

Невольник впечатался мордой в пыль. А я почувствовал, как наливаются мышцы Декса! Как горячится его кровь! Он хотел остановить надзирателя, перевести его гнев на себя – как он это всегда умел! Его губы шевельнулись, но не произнесли ни звука.

«Нет! Не смей! Даже не думай тупой идиот!» – кричал я понимая, что он хочет сделать.