Я снова не князь! Книга XVII

На выцветшей фотографии красовался сам Пушкин, и его кудрявые волосы были заплетены в дреды, вместо бакенбардов были усы, почти как у Андреева. Рядом с ним стоял мой молодой названый отец Виктор в спортивной жилетке и бандане с тремя полосками. Оба улыбались и, судя по стаканам пива в руках, были слегка пьяны.

– Погодите, а на заднем фоне это… Не граф Бердышев? – удивился я, присмотревшись.

– Ха, глазастый! – кивнул Пушкин. – Он самый. Тоже любил побаловаться стихами. Там еще где-то нынешний первый помощник канцелярии.

– Кажется, Алексей Октябринович Газонов меня приглашал в какой-то поэтический клуб… Но я все откладывал, может зря? – больше для себя спросил я.

– Ох, зря, зря, – покачал он головой. – Там такие баталии иногда бывали. Давненько не заглядывал. Но в том клубе, – он кивнул на фотку. – Многие аристократы зависали…

А я же попросил Лору отметить в моем плотном графике – между спасением Скарабея, надвигающейся войной с Монголией и открытием японского ресторана – вставить посещение этого загадочного клуба поэтов.

– Так, отдавай, – он забрал фотографию и убрал в книжку, как что-то по-настоящему дорогое для него. – Н-да… Хорошие тогда были времена… Мирные…

– Это вы в то время выпустили хит про лукоморье в двух актах? – впервые подала голос Дункан.

– Не, чуть раньше, но да, в целом, в то же время…

Кажется, еще чуть-чуть и ностальгия его захватит по настоящему.

– Давайте вернемся к данным, – напомнил я. – Без них я не могу.

– Они, скорее всего, мертвы, – пожал плечами Пушкин. – Так что смысла нет осторожничать.

– А если все же есть?

– Ну… На войне без потерь никуда. Если ты слабак, то все равно сдохнешь.

Где-то я уже слышал подобные слова, но от кого?

– Да тут половина аристократов так думает, – вмешалась в мои мысли Лора. – Что Есенин, что Фанеров.

– Хм, хрен с тобой, – махнул он рукой. – Сколько тебе необходимо времени?

Лора моментально ответила, что достаточно нескольких часов, что я и передал Пушкину.

– Пожалуйста, чувствуйте себя как дома, – встал я с дивана и кивнул Дункан, чтобы пошла за мной.

– Пойду прогуляюсь и посмотрю, что там у тебя за диковинные животные, – сказал Пушкин, встал с дивана и пошел к задней двери. – Кутузов упомянул, что у тебя целый зверинец.

Я не стал его останавливать. Пусть погуляет, проветрится. Мы же с Дункан прошли в кабинет, где в бумагах погрязла Надя.