Деревянная шпага

— Знаешь что?! У всего есть предел! Я не намерен опускаться! Ты можешь ходить с деревяшкой вместо нормального оружия, ты можешь не держать слугу, ты можешь хоть с голым задом бегать по площади Апостолов, а я — не могу! У меня есть гордость!

Я оскорбился:

— Вообще-то у меня есть слуга. Ну… Мы, правда, давно не виделись, но он есть! А ты можешь стоять тут сколько угодно вместе со своей гордостью, пока по воле Ионы с неба не упадут башмаки!

Развернувшись на каблуках, как на параде, я пошёл прочь.

Вскоре послышались шлепки босых ног по утоптанной земле.

— Ладно-ладно, — бормотал толстяк. — Всё в порядке. Я же не совсем нищий, у меня есть деньги на обувку. Просто меня обворовали — с кем не бывает?..

Отвечать не было смысла: Моруа убеждал самого себя, и я в этой беседе был бы лишним. Поэтому я остановился, прищурился на далёкий собор, вздохнул и ткнул пальцем в противоположную от него сторону.

— Поблизости как раз есть торговые ряды. В основном всякая дребедень для паломников, но, думаю, пара башмаков тоже найдётся.

Джузеппе улыбнулся во все примерно семнадцать-восемнадцать зубов:

— Десять минут погоды не сделают! Пошли! — он бодро потрусил в указанном мной направлении. Видеть его передвигающимся с такой скоростью было чертовски непривычно.

День почти закончился, поэтому торговцев осталось немного. Прилавки стояли в тени растянутых между домами огромных кусков парусины, и немногочисленные продавцы начали собирать товар в мешки, чтобы вернуться завтра.

Группа смуглых паломников, замотанных в чёрное, искала какую-то «Горестную чашу пророка» и ходила от прилавка к прилавку, но не получала ничего, кроме усталых покачиваний головой и предложений поискать где-нибудь ещё.

Вдруг Моруа схватил меня за рукав и дёрнул так, что чуть не оторвал:

— Смотри! Смотри! Вот же сукин сын! — он побежал к одному из продавцов, перед которым громоздились горы обуви — причём весьма и весьма поношенной. — Это мои сапоги! — Джузеппе подбежал к прилавку.

На краснолицего продавца с внешностью деревенского пропойцы это не произвело никакого впечатления.

— Хотите примерить?

— Я хочу их забрать! Это мои сапоги! Их украли у меня сегодня!

Купец взглянул на него, как добрый дедушка на наивного внука:

— Этого не может быть. Они лежат у меня уже неделю. Ты что-то путаешь.

На мгновение показалось, что Моруа сейчас лопнет от злости.