Деревянная шпага

У меня не было никакого желания спускаться ниже — слишком велик был страх услышать за собой щелчки в замочной скважине — но внутри было вполне мило: стены были скрыты за дорогими деревянными панелями, а вместо тусклых факелов горели уютные лампы, дававшие вдоволь света.

Служащий указал на нашу ячейку:

— Двести пятьдесят первая! Я буду рядом, если понадоблюсь.

Мы вытащили небольшой, но увесистый ящичек и отнесли его к столу.

Замок открылся с тихим щелчком. Мы с Моруа подались вперёд, сверкая жадными глазами.

Едва ящик обнажил перед нами беззащитное нутро, мы тут же запустили в его кишочки свои загребущие пальцы. Моруа молниеносно схватил мешочек с монетами, а я чуть не взвизгнул от восторга, выудив перевязанную колючей бечевкой стопку конвертов.

— Что там? — деловито осведомился напарник. Мешочек, попав в его руки, на прощание тоскливо звякнул и исчез, будто его никогда и не существовало на свете. — Бумажки?

— Не просто бумажки! — я нетерпеливо достал из конверта первое письмо. — Это… Это… — на первом листке было написано прекрасным почерком «Дорогой Сириус! Я знаю, что вы с Кеплером больше, чем друзья.

У меня есть доказательства и свидетели вашей связи. Но я тебе не враг и не стану разглашать эти постыдные сведения. Предлагаю встретиться в бане “Мокрый селезень” завтра после заката. Скажи приказчику пароль “Мой друг ждёт в синей парной”, и тебя проведут. Не беспокойся — я могу гарантировать безопасность. Надеюсь на твоё благоразумие». — Это письма Эмилии!

— Эмилии?.

. — удивился толстяк. — Дай-ка!

Я увернулся.

— Погоди, я сам сперва прочитаю.

Чтение не заняло много времени: большинство писем были зашифрованы, но из тех, что были написаны нормальным человеческим языком, становилось ясно, что милашка Эмилия крепко держала Сириуса и его любовника Кеплера за кожаные мешочки, которыми дорожит любой мужчина.

То, как легко она завербовала двух волшебников, не могло не вызвать уважение, но она, увы, играла в другой команде и действительно собиралась предать архиепископа.

Я быстро пробегал записи глазами и передавал прочитанное Джузеппе. Тот не поспевал за мной, пыхтел и бесился. К моменту, когда я сжалился, он собрал у себя в руках целую кипу бумаги и вспотел от злости.

— Вот тут, видишь? — я показал нужную строчку. — Она прямо спрашивает, с чьей помощью можно заслужить расположение магистра и не желает ли он купить тайны его преосвященства.

— Угу… Похоже, девчонка и впрямь увязла в шпионских играх.