Деревянная шпага

Они накинулись друг на друга как юные влюблённые, что смотрелось на удивление мило.

— Луиза! Луиза, любовь моя, послушай! — спустя пару очень неловких для меня минут Моруа отстранился от возлюбленной, переводя дыхание. — Нам нужно идти. Времени мало, мы хотим лишь взять наши вещи.

— Но куда?

— Не могу сказать, чтоб не подвергать тебя опасности, — опустил голову толстяк. — Луиза, любимая…

— Но ты ведь вернёшься?.. — она взглянула на него с такой мольбой во взоре, что даже я бы солгал. Но мой товарищ был не таков:

— Я не знаю, — он крепко прижался к женщине, положив голову на её объёмную грудь.

В неровном свете на щеке Луизы сверкнула слезинка.

— О, коварный!.. Зачем ты только появился в моей жизни? Зачем ты пришёл в мой пансион? Зачем нарушил мой покой?..

— Прости меня, любимая. Прости… — они снова принялись целоваться, а я стоял весь красный и очень внимательно изучал каменную стену.

Через несколько минут я не вытерпел:

— Давайте я лучше пока схожу в нашу комнату.

Но, разумеется, он задержался.

Я нервничал, ходил туда-сюда под окнами, стучал в двери, кидал в стёкла на втором этаже маленькие камешки, чуть ли не скулил, но это не принесло результата.

Когда я уже был готов сбежать, Моруа вышел с раздражающе счастливой рожей. Я был готов его придушить: небо на востоке посветлело, а на деревьях защебетали первые ранние пташки.

Последний горячий поцелуй от Луизы, слёзы, обещания… Мне пришлось грубо прервать их, схватив Моруа за руку и буквально потянув прочь из пансиона.

По дороге я вполголоса ругал его последними словами: мы явно опаздывали к отплытию, а толстяк как специально тащился ужасно медленно, чем вызывал огромное желание надавать пинков.

Когда мы добрались до побережья, я не сдержал разочарованного стона: горизонт был усеян нежно-розовыми от ласкового утреннего солнца парусами удаляющихся в разные стороны света кораблей.

Мы безнадёжно опоздали.

— Вот и что нам теперь делать?! — рявкнул я на Моруа. Группа сонных рабочих в грязных рубахах повернулась к нам в ожидании зрелища.

— Не знаю, — хлопал счастливыми глазами Джузеппе. — Может, вернёмся?

Я мысленно сосчитал до десяти, чтобы не столкнуть героя-любовника с причала, дабы посмотреть, как он барахтается там среди рыбьей требухи и содержимого корабельных гальюнов.

— Хочешь — возвращайся. А я пойду и сделаю ставку на то, как долго ты проживёшь.