Полумейстер

Они орали, путались лапами в его волосах, совали клювы в лицо, не давая сделать ни шагу назад. Только идти вперёд или стоять на месте — когда он останавливался, они успокаивались, рассаживались по земле и по ветвям, принимались чистить перья, копаться в поисках семян или снежных червяков.

Но стоило сделать шаг... стоило сделать шаг, и серо-чёрная туча поднималась над землёй, кидалась на него, клевала, царапала, гнала, гнала как лося на флажки. Как они могли? Он богобоязненный, благочестивый человек, он делал всё, как надо, почему они его гонят, куда?

Пока, наконец, он не упал лицом вниз на каменную плиту и не услышал Голос.

Страх, ненависть, отчаяние, растерянность — всё это расшатывает внутренние защиты. Жертву необходимо подготовить до того, как использовать.

Кто-то схватил его за руки и с силой перевернул лицом вверх. Человек, ворона в истрёпанном плаще и рваном доспехе.

— Я друг Дозора, — прохрипел он. — Джиор Мормонт прибьёт тебя, если узнает!

Человек молча продолжил привязывать его к камню.

К алтарю. Алтарю первых людей, на таких резали жертв перед тем, как отдать их потроха богам. «Страх, ненависть, отчаяние, растерянность...» — значит, если успокоиться, то с ним ничего не смогут сделать? Значит, надо только успокоиться? Но чем больше он старался, тем громче стучала кровь в ушах, тем холоднее был пот на висках и тем яснее он понимал, что смерть близко.

Он пытался вырваться, но дозорный-оборванец был сильнее, был нечеловечески силён. Почему? Он всегда верно служил богам, почему они так с ним поступают?! Зачем? Он отдал им то, что они хотели, он отдаст им жён, отдаст дочерей.

..

Холодные как лёд руки раскрыли ему рот, засунули кляп изо мха и бересты. Нельзя, чтобы он откусил себе язык, — прокомментировал Голос. Тени вышли из темноты под деревьями, мужчины и женщины в богатых одеждах, и золотой череп поверх мужского торса в алом доспехе.

«Неужели с моими сыновьями было вот так?» — успел подумать он, а потом была только боль.

* * *

Арья распахнула глаза, садясь на кровати. Она проснулась, потому что проснулась Нимерия; Нимерия проснулась, потому что в воздухе что-то изменилось. Не запах и не вкус, что-то неуловимое, непонятное для человека, но совершенно ясное для лютоволка.

И тот старик на алтаре... Арья поёжилась.

Чего только не приснится под утро.

Рядом спала Дени, обняв своё ненаглядное яичко, укутанное шерстяным покрывалом, чтобы случайно никого не обжечь.