Олимпийский чемпион

Сека перекатился через спину и вскочил на ноги, растирая ладонью кровавые сопли.

– Ну, сучара. – Он кинулся на капитана и был опять сбит с ног. Двое солдат, приседая и ухая, принялись избивать его прикладами.

– Хватит, – приказал капитан. – В ШИЗО его. И шмон по баракам. Живо.

Обыск в бараке дал неожиданный результат. Перепачканное кровью лезвие нашли в матраце Сиропа, ссученного спекулянта, которому оставался месяц отсидки. Когда Сиропа привели в барак и показали ему писку, его лицо выразило такое неподдельное изумление, что капитан сразу понял, что к чему.

Никто особо не верил в то, что этот стукач зарезал блажного, но факт есть факт. В лагере следствие обычно надолго не затягивается. Да и начальство было радо оставить информатора еще на несколько лет в колонии.

Когда Сиропа вели в ШИЗО, его лицо было в слезах.

– Это не я… Не я это… – хрипел он конвоирам.

– Знаем, – сказал один из них, молодой высоченный лейтенант, – но ничего не поделаешь. Терпи…

Сека парился в изоляторе, а Калина как ни в чем не бывало ходил по зоне.

Чахлик наблюдал за ним со стороны, но парень не выказывал никакого беспокойства, ничем не выдавал себя и не пытался первым заговорить. Чахлик тоже молчал, хотя его так и подмывало сходить к Усману и поинтересоваться, как воры оценили его труды. Но надо было выждать, пока все успокоится.

Через пару дней, когда зеки обедали, кто-то крикнул, что Сиропа нашли повесившимся в ШИЗО. Все побежали смотреть.

Через некоторое время из ШИЗО вертухаи вынесли труп.

В толпе зевак Чахлик и Калина оказались рядом.

– Бойкий ты парень, – прошептал Чахлик. – От себя отвел, Секу хотел подставить.

– Нет, – тихо сказал Калина. – Он сам хотел на себя все взять. Когда ты ушел, он так и сказал: иди, дескать, я все на себя возьму.

– Да ну! – удивился Чахлик.

– Можешь сам спросить, – спокойно ответил Калина, – ну я и ушел.

– А Сироп?

– Я ссученного подставил. – Калина посмотрел прямо в глаза Чахлику, и тот невольно отвел взгляд.

– Может, тебе жаль Сиропа? Ты скажи, я могу и признаться, что его подставил.

Чахлик молчал. Калина еле заметно улыбнулся.

– Я разберусь с тобой, гад. – Чахлик резко развернулся и пошел прочь. И почувствовал на спине насмешливый взгляд подельника.

Вечером Чахлика вызвал к себе Усман.

Андрей вошел в барак и обомлел. Усман, как и в прошлый раз, сидел за столом вместе с Рыжим и Мозырем. Четвертым в этой компании был Калина.