На изнанке чудес

– Хочет подбросить тебе убитую арнию, чтобы ему поверили.

Майя в течение рассказа не проронила ни слова. Ее переполнял стыд. Признайся она, что Яровед – ее родной дедушка, как на нее смотреть станут? Наверняка ведь от прежнего добродушия и крохи не останется. Кто она? Внучка мошенника. Стало быть, и сама мошенница. Яблочко от яблоньки...

Теора участливо наклонилась к ней, жемчужный водопад волос заструился до самого пола.

– Загрустила наша Майя. Случилось что?

Девочка беззвучно помотала головой и сглотнула комок в горле.

Ее выдали навернувшиеся на глаза предательские слёзы. В носу защипало. Майя зажмурилась и сжала зубы. Но это не помогло.

– Ы-ы-ы-ы! – заревела она.

– Что еще за «ы-ы-ы»? – передразнила Юлиана. – Выкладывай! Бить не будем.

– А не вы-ы-ыгоните? – всхлипывая, спросила та.

– Даже если ты какой кавардак учинила, не выгоним, – пообещала Пелагея. Тогда Майя честно созналась в том, кто она, откуда и с какими престарелыми родственниками имела несчастье скитаться по свету.

– Стало быть, внучка отпетого негодяя? – съехидничала Юлиана и тотчас рассмеялась. – А я-то думала, в кого она такая неряха и вещи постоянно разбрасывает!

Пелагея прониклась сочувствием, выудила из ящика комода теплые шерстяные носки и протянула девочке. Та засмущалась, отсела в сторону.

– Бери! – сказала Юлиана. – Она вяжет их по любому поводу!

– А вот и неправда, – притворно обиделась Пелагея. – Скоро, между прочим, праздник в честь окончания листопада. Вот я и связала заранее.

Кстати, я ведь еще арнию связала! – вспомнила она. – Один к одному, от живой не отличить! Правда, она не двигается... Но это пустяки. Знаете, сколько я времени потратила, чтобы собрать в лесу перья и покрасить их в медный цвет?!

– А что ты будешь делать с этой фальшивой птичкой? – поинтересовался Пересвет.

– Подвешу ее к потолку на канате. Для праздника лучшего украшения и не придумаешь.

– Нет, – резко поднявшись, сказал Киприан. – Мы найдем ей более подходящее применение.

Говорите, Яровед собирается устроить спектакль с арнией в главной роли? Ну так мы ему покажем.

Он промчался по комнатам пёстрым вихрем, проверил, не следит ли кто из окон, и подозвал друзей. Они сгрудились над столом в гостиной, точно заговорщики. Кекс с Пирогом навострили ушки и высунули языки. Только кот Обормот восседал на своем излюбленном «троне» с царственным равнодушием.

Они долго совещались, спорили – по большей части шёпотом.