На изнанке чудес

– Стропти-и-ивая, – цокнув языком, проговорил гость. – Но я быстро собью с нее спесь.

Резко поднялся, повелел слугам седлать лошадей и повернулся к Грандиозу.

– Далеко не уйдет, – пообещал он. – Ждите приглашения на свадьбу.

Рина снова и снова жалела о том, что не укрыла Уска-Калу понадежнее. Две ноги – это вам не четыре. Далеко на них не уйдешь. Особенно по мостовой, особенно под мелкой моросью да на студеном ветру. Она успела добежать лишь до печатного дома, когда ее настигла погоня. Две лошади – справа и слева – взвились на дыбы, наездники щелкнули хлыстами.

Еще двое набросились на Рину, завели руки за спину и крепко связали лодыжки. Она извивалась угрём, кричала, но ее быстро заставили замолчать, заткнув рот кляпом, и погрузили в крытый экипаж.

– К реке! – распорядился гость (тот самый претендент на руку и сердце Рины). После чего сел в экипаж рядом с пленницей и захлопнул дверцу. Лицо у него было вытянутое, как баклажан, с массивным подбородком и орлиным носом. На лбу пролегали две глубокие параллельные морщины.

А голову венчал белый тюрбан.

«Стало быть, южанин, – сообразила Рина. – Вот и исполнилось мое желание. По реке до южного побережья плыть два дня. А оттуда по морю, наверное, еще столько же». Странное чувство обреченности и отчаяния овладело ею. На юге много солнца, горячие пески, лазурные воды, но именно там счастья ей вовек не видать.

Привлеченный беспорядком на улице, Пересвет так и застыл у окна бюро. Вошедшая в ту минуту Василиса окликнула его, но он не отозвался.

Потормошила за плечо – без результата. Истукан истуканом. Ему даже штрафом пригрозили – и хоть бы что. Тогда Василиса решила припугнуть его увольнением. Пересвет пропустил угрозу мимо ушей. Вылетел из кабинета, точно его погоняли. Но помочь Рине не успел. Когда он очутился снаружи, карета уже тронулась с места и катила прочь. Благо, поблизости, у витрины, толпилась детвора.

– Эй, мальчуган, куда они направились?

– Кажется, к реке.

– Да, точно! Дяденька с полотенцем на голове так и сказал, – пискнула какая-то девочка.

Не понимая, что делает, парень бросился бежать за экипажем. «К реке! Они едут в порт! – сверлила мозг неотступная мысль. – Ну остановись же! Хотя бы капельку сбавь ход!»

Он мчался по проезжей части. Ему сигналили из безлошадных повозок. Патруль, словно сговорившись, свистел в свистки и размахивал полосатыми жезлами. Но Пересвет остановился, лишь когда экипаж свернул за угол. Наклонился, тяжело дыша, – весь взмыленный, ноги гудят.