Шкатулка миров

Противник явно насторожился, но было уже поздновато - на лес давно опустилась темень, и теперь луки стали почти бесполезными. А Тайра, обнадёженный фразой лесного духа про “пойманных вредителей”, перестал опасаться возможного подкрепления, и принялся “партизанить”.

Второго из преследователей он одолел и того быстрее: занервничавший атаман - это и в самом деле был он - решил совершить самую большую глупость и разделился со своим подчинённым.

Оставив главного бандита напоследок, Тайра просто спрыгнул на преследователя с дерева, присовокупив к своему весу ещё и очередной острый деревянный “подарок”.

Возможно если бы бандит мог позволить себе хоть какую-то защиту - он бы пережил встречу. Но тот не был воином, и не имел за собой какого-нибудь барона Старкхевена, который от своей руки дарил дружине в том числе и доспехи.

Когда из-за древесных теней перед глазами атамана появился Тайра, мужик уже сам себе проиграл - он боялся каждого шороха и едва не заорал. Парень бы тоже с удовольствием покричал - руку начало жечь лихорадочным огнём.

Удар. Удар. Удар. Тайра не торопясь загонял врага, мало что смыслящего именно в бою, в самый угол. Будь у него щит - возможно бы и совладал. Но тут атаман мог только отмахиваться сабелькой из дрянного железа - это было видно по тому, насколько она плохо держала заточку и как легко на выставленном в неловких попытках защиты клинке образовывались выщерблины.

К исходу минуты дело было кончено, а враг скулящей кучкой кровоточащего мяса зажался у корней дерева. В его взгляде не было гнева или ненависти - только глухая, беспросветная тоска и страх.

Да, атаман много натворил плохого.

Да, ещё больше бы сделал в будущем, если бы его не остановили.

Но Тайра не был ни судом, ни палачом. Поэтому он просто оставил атамана скулить - может быть ему повезёт и он выживет.

***

Пройдя линию Сторожевых дубов, Тайра, пользуясь подсказками сопровождавшего его лесного духа, двинулся сразу к “Главному”. Дух попался крайне разговорчивый, к тому же донельзя впечатлённый действиями Тайры, и оттого трещавший без умолку:

— Слушай, а лихо ты его там… Раз-два-три - и он уже оружие в кустах ищет. А ты покажешь как это делается?— Покажу… наверное.