Спасите дракона!

Услыхав такую бессовестную хулу, Фелькина мать взвилась будто от удара хворостиной:

– Ты это на что намекаешь? Когда это мой Гордонт ушками у тебя закусывал, а? Ты еще придумай сказать, что он твою сладенькую бражку солеными грибами заедал, будто пьянчужка какой распоследний!

– Да нет, не у нее, у нас в корчме пробовал… – поспешно возразила старостиха, сердито взмахнув рукой в сторону подруги.

Однако Сакуниха ее жеста не заметила, уж очень увлечена была разговором. Подступив еще ближе к лавочке, баба склонилась над соседками и начала громко растолковывать:

– При чем тут «бражка» да «пьянчужка»? Осенью он закусывал, когда всей деревней гуляли.

Закрытие навозного торга отмечали, помнишь?

– А-а-а… Так бы сразу и сказали… – протянула Фелькина мать, поспешно отодвигаясь к краю лавочки. Ее очень нервировало, что Сакуниха нависала аккурат над ними.

Баба расценила ее жест как приглашение и торопливо втиснулась между сплетницами.

– Так вот, я и говорю… – продолжила старостиха.

Сидеть ей теперь было неудобно, имевшегося куска лавочки на всю ее пышную фигуру явно не хватало.

Поэтому она тесно прижалась к Сакунихе, всем телом повернувшись в сторону Фелькиной матери, которая подпирала старуху с другой стороны. Зажатая посередке Сакуниха еле дышала, но согнать ее с лавочки не смог бы сейчас и самый злющий пес.

– По грибы, значится, мы пошли. Тут недалеко, за Антоновым огородом собирали.

– И что, много нашли? – вновь оживилась Фелькина мать.

– Много! После дождей они так дружно повылазили.

По краешку рва как нарисованные стоят. А красивые какие – так в траве и желтеют.

– Небось, полмешка набрали…

– Да где там! – старостиха даже всхлипнула от огорчения. – Они все, до единого, драконами испорченные. Может, какой уцелел, так и тот драконьим духом провонялся – кто же его теперь есть-то будет?

– Чего?! – не понял Фелька. – Надкушенные они, что ли? Так драконы грибов не едят… Это же вам не кактусы!

– Не надкушенные… Помеченные! И так же прицельно метили: где полянка грибов – прямо в середку.

Ежели б они их просто ели, слова бы им худого никто не сказал, кормильцам нашим!

– Вы такое как скажете! Делать ящерам больше нечего – у Антония под огородом разгуливать, – вступился за своих любимцев Фелька. – Почему вы думаете, что это драконы были? Может, коровы?

– Потому что запах драконий ни с чем не спутаешь! Видно, сегодня с утра и прошлись. Причем, не присаживаясь, прямо с воздуха бомбили. Брызги чуть ли не до огорода летели.