Сахарный череп

Обратиться к высшим сущностям так и не удалось, придется теперь полагаться на собственные силы.

Я собрала камни видения, свернула скатерть и бросила взгляд в окно.

Темно, никого нет. Что ж… пора спать.

***

Дождь лил такой, что впору грозить небу кулаком и, ругаясь, перепрыгивать через лужи. Прохожие с визгом носились по улицам: то тут, то там вспыхивали молнии, норовящие ударить в самые неподходящие места.

Вреда от этого никакого — всего лишь веселятся ичтланы, слуги бога дождя Ичтли. Они никогда не причинят вреда горожанам, но напугать… это святое.

Я распахнула дверь в ателье и с трудом втянула все коробки.

— Девочки! Паоло привез мишуру и блестки, разбираем!

— Ах, он негодяй, не мог помочь сеньорите всю эту тяжесть занести сюда! — возмутилась Мария, одна из сестер-близняшек Энчиладас, подлетая ко мне и забирая самую тяжелую коробку. — Такой дождь, будто ичтланы опрокинули все небесные кувшины, а ему лень высунуть нос из повозки!

— Не ругайся, у него еще столько заказов, — еле сдержала смех я, но черноглазая смуглая Мария только отмахнулась.

— Знаю-знаю. И к вдовушке со второй улицы заедет, и на склад, и на базар.

— К вдовушке после базара, — хихикнула Марта, сестра Марии.

— Девушки! — хлопнула я в ладоши. — Не обсуждаем личную жизнь нашего дорогого во всех смыслах поставщика, занимаемся делом. До Карнавала Мертвых осталось всего ничего, а у нас целое семейство Родагес сидит без платьев. А там, если вы помните, пять дочерей, мать и кокетка-бабушка.

— И засушенная тетка, которая постоянно выглядывает из окна, — добавила со своего места за столом в углу мама Замба. — Мерзкая бабенка, скажу я вам. Неудивительно, что до сих пор сидит на своем втором этаже и плетет проклятия.

— Родагес без койопы все, — хмыкнула я, — они ничего не могут плести.

Мама Замба резко приспустила очки на кончик крупного коричневого носа, громко звякнули широкие браслеты на ее запястьях. Внимательно посмотрела на меня.

— Роза, поверь, необязательно иметь молнию в крови, чтобы кому-то от души сделать гадость.

Мама Замба никогда не скажет глупость. Волосы ее седы, шоколадная кожа испещрена морщинами, но ум до сих пор остер, а взгляд проницателен. На ее руках металлические браслеты, на шее — ворох ожерелий, а возле локтя под кожу вшито заговоренное перо.

Мама Замба живет в районе Нкрума-Эйо, среди чернокожих колдунов, фигуристых красавиц и мужчин, которые ничего не боятся. У нее трое взрослых сыновей и юная дочь.