Странные вещи

— Меня сейчас больше беспокоит то, что с этой стороны на двери нет задвижки. Нам бы не мешало запирать ее изнутри. И оружия у меня нет…

— Есть, — быстро сообщаю я, — ваш подарок, капитан. Кинжал. Он у меня под корсетом на поясочке пристегнут.

Кажется, такое известие немного радует мсье Анри, потому что он как-то странно смотрит на меня, а потом вдруг хватает и целует в губы. Быстро целует, я не успеваю даже обнять его и насладиться прикосновениями.

— Вы — просто прелесть, дорогая моя, — хвалит он меня, а я смотрю на него разочарованно или даже обижено.

Мне понравилось, как он меня целовал в шалаше. Что тут говорить, хочется еще. Но не просить же его об этом.

— Пусть кинжал будет у вас. И вот еще что, Вивьен, — немного смутившись, говорит он, беря меня за руку и поглаживая пальцы, — для достоверности нашего с вами… м-м-м… брака, пожалуйста, называйте меня Анри, милый и еще как-нибудь… м-м-м… как бы вы называли вашего супруга.

— И вы меня называйте… — смущаюсь я в ответ.

А все по тому, что сейчас неловко мне очень.

Думаю о том, что он, называя меня милой и единственной, будет врать, чтобы поддержать легенду. А это почему-то больно. Хотелось, чтобы говорил мне нежные слова искренне. Я слишком много хочу? Да, наверное. Надо попридержать свои желания.

Грохот задвижки и шум открывающейся двери выдергивает нас из личных переживаний. На пороге два темнокожих здоровяка, которые несут подносы с ароматными яствами, с фруктами и напитками. Кажется, голодом нас морить не собираются.

Анри встает и подходит к столику, куда евнухи аккуратно ставят свою ношу.

Он озабоченно смотрит на еду и на слуг. Кажется, что беспокоится о том, что в пищу и напитки могли подмешать какое-нибудь зелье.

— Джамал, — зовет он нашего стражника, — скажи им, пусть попробуют все, что принесли.

Парень всовывается в комнату и переводит слова капитана. Двое здоровяков удивленно переглядываются, отвечают что-то Джамалу.

— Они говорят, что еда хорошая, пусть господин не опасается, они приносят то, что готовят для Ульмур-Паши.

Сразу с кухни приносят.

— Ну, тогда им нечего бояться. Пусть попробуют, — настаивает Анри.

Евнухи пожимают плечами, исполняя приказ капитана. Выждав минут десять, и убедившись, что здоровяки вполне хорошо себя чувствуют, Анри выпускает их из комнаты. А мы приступаем к трапезе. На самом деле проголодались.

Как только слуги уносят полупустую посуду, на пороге появляется начальник стражи и сообщает, что губернатор острова требует мсье Анри для разговора.