Странные вещи

— Пока мы не получим ответ и «благодарность», вы погостите в моем дворце, мистер де Флёр, — обращается к нам владелец острова и во взгляде его уже нет ничего, кроме холодного безразличия. — Не советую покидать ваши покои, господа, если не хотите неприятностей.

С этими словами он делает жест рукой, мол «аудиенция закончена» и нас тут же выводят из тронного зала. Мы идем сначала по широким коридорам, потом поднимаемся на этаж выше и попадаем в просторную комнату. Дверь за нами с грохотом захлопывается.

«Так, значит мы пленники», — думаю я, подходя к узким окошкам.

Там внизу отвесная скала и вздумай мы выбраться из окна, мы просто свалимся в пропасть. Ага, в эту сторону выхода нет. Осматриваю помещение. Большая кровать, причем одна. На полу ковры и подушки вокруг длинного низкого столика. По традиции иноверцы едят, сидя на подушках — это понятно. Так, что там дальше? О, а здесь некое подобие купальни. Трогаю воду — теплая. Дале, за выступом стены несколько ступеней вниз, а там внизу туалет. Нормально. Возвращаюсь к окошкам, оглядываюсь снова.

Убранство комнаты вполне приятное и на темницу не похоже. Жить здесь можно. Вздыхаю и смотрю на мсье Анри, который в задумчивости остановился посреди комнаты и хмурит бровь.

— Вполне нормальное жилище, — сообщаю я свои впечатления.

— М-м-да, — как-то нехотя соглашается капитан. — Могло быть и хуже.

— Вы все еще считаете, что мы в опасности? — тихо спрашиваю я, подходя к нему и заглядывая в его синие глаза.

— Нет, пока что мы пришли к какой-то договоренности с этим падишахом, и вряд ли он предпримет в отношении нас что-то ужасное, — с грустной улыбкой говорит мне мсье Анри.

— Но не будем забывать, мадемуазель де Шанталь, что в любую минуту ситуация может измениться. А посему прошу вас быть благоразумной и не делать глупостей. Договорились?

— Вы серьезно думаете, что я попытаюсь сбежать от вас? — шиплю я со злостью, потому что слова о том, что я могу вытворить что-то глупое сильно задевают мое самолюбие.

— Хорошо бы найти то, чем можно запереть дверь изнутри, — не приняв во внимание мою злость, сообщает мне капитан, оглядывая тяжелую дверь.

— Если меня уведут по каким-либо причинам, вам стОит закрываться и никого не впускать. Не верю я этим…

Он не успевает закончить, как дверь приоткрывается и в нее заглядывает тот самый стражник, что разговаривал на языке Америгон, когда нас схватили в шалаше.

— Мистер де Флёр, я буду вашим стражей и слугой, — прижав руку к груди, делает он легкий поклон. — Меня зовут Джамал.