Тот берег

Тот берег

Джиджи Рацирахонана

Тот берег

Эрис ЛахЛанн был героем.

Нет, не то, чтобы он уже совершил какие-то подвиги. Просто он себя так чувствовал.

В его понимание образа героя входила, в том числе, и скромность. Так что героем Эрис был совершенно неизвестным. Кроме того, согласно его убеждениям, героизм отнюдь не освобождал от повседневных дел. Вместе с отцом Эрис тянул в лодку тяжелые сети, терпеливо плел обувь из полосок тюленьей кожи и резал - как и другие мужчины - торф на зиму, стоя по пояс в холодной болотной жиже.

- Наверное, дело в том, – размышлял Эрис, неся вслед за матерью куль с грязной одеждой к морскому берегу, - что быть признанным героем, это значит проявить себя в каком-то особенном случае? Тогда можно просто спокойно жить дальше, а уж придется проявить себя или нет – судьба решит. Но вдруг я ошибаюсь? И героизм на самом деле – это свойство, приобретаемое только в деле, особое изменение. Ведь глина перестает быть склизкой только после обжига, а куски руд, только переплавляясь, превращаются в бронзу?.

Надо отметить, что наш, во всех смыслах этого слова, герой считался в селении неглупым парнем. Если бы роли трудолюбивого умника Эрису было бы достаточно, можно было жить припеваючи. Как минимум, одобрение большинства девушек и их родителей было им давным-давно заслужено.

- Женишься в этом году? - спросил его усатый, похожий на тюленя дядька Брандон и перекусил нитку.

- Не думаю, - задумчиво ответил Эрис и поднял на растопыренных пальцах кусок сети. Прореха только намечалась, но стоило укрепить.

- Чего не хватает? – дядька шмыгнул носом и покосился на товарища.

- Ума-разума.

- А. Так что время-то терять, сходи к друиду, пока все одно штормит.

- Уже был.

- И что?

- Того ума, говорит, только за рекой и искать.

- Так что ж не ищешь?

Эрис круто развернулся и уставился на сивые дядькины брови, по густоте мало уступавшие усам. Глаза дядькины выглядывали из-за бровей, только когда того хотелось самому Брандону.

- Там людоеды.

- Откель тебе знать? Ты бывал?

Эрис подумал и улыбнулся.

- Туда, видишь ли, лучше вдвоем плыть, чтоб лодку на чужом берегу не оставлять. Ты б взялся?

Брандон довольно зафыркал.

- Уел, уел. Согласен я. Страшновато в мои годы, да, но возьмусь. Быстрее уйдешь – быстрее вернешься… А у меня как-никак две девки на выданье.

Едва челнок Брандона отчалил от Того берега, из прибрежного лозняка поднялся человек. Эрис было попятился, но пригляделся и обнаружил, что местный сам его побаивается.