История одного гоблина: Символ веры

Чем сильнее маг, тем сложнее пробить такую броню даже колдовством, не говоря уже о примитивном костяном гарпуне. Из-за этого многие опытные волшебники целиком полагаются на свой щит, считая его абсолютно непроницаемым и приберегая более сложные и затратные заклинания для равных по силам соперников. К несчастью именно этого некроманта, Михель просто не знал, что преодолеть подобную преграду невозможно.

Безжизненные глаза удивленно моргнули, сухая рука потянулась, чтобы вытащить из груди впившийся гарпун, но на полпути обмякла, и чернокнижник со стоном покатился по лестнице.

– Как это ты его? – спросил Гарб у Михеля.

– Сам в шоке, – ответил потрясенный монах. – Машинально как-то получилось. Нас в монастыре такому учили, но ни у кого, кроме великого мастера, до сих пор не срабатывало.

– А чему этому? – поинтересовался Каввель.

– Пробивать защиту с помощью силы воли.

– Предлагаю тихо свалить, пока городские легавые не объявились! – прервал их призрак.

– Не вижу оснований не согласиться, – утвердил решение за остальных Гарб.

Глава 16

И заселили смертные Лумею, и вновь изгнали дьяволов. И взмолились боги, чтобы Део дал им закон. И тяжко вдохнул Создатель, ибо требовали от него ограничить свободную волю. И стал он думать, как поступить. И создал он ныне существующий порядок. И сохранил он свободу воли, но дал всем мирам такие законы, преступить которые теперь не могли даже старшие боги.

На первом этаже стало так тихо, что копошащийся в уголке паук замер, потому что шелест лапок стал пугать его своей громкостью. Осторожно обходя трупы, компаньоны спустились вниз. Возле лестницы, широко раскинув руки, лицом вниз лежал мертвый любитель чужих чаров. Гарб пошевелил тело секирой и изрек:

– Он и при жизни-то был не очень привлекательным.

– А сейчас и вовсе чучело! – подхватил мысль Каввель, глядя на хищный оскал острых, как у акулы, зубов.

– Меня больше заботит, зачем этому хмырю болотному понадобился слабеющий чар. От него же одна польза – чтобы порталы не открывались, – почесав подбородок, произнес Михель.

– Боюсь, мы уже не в силах это выяснить, потому что я плохо знаком с искусством практической некромантии, чтобы разговорить его мертвое тело, – ответил ему Гарб. – Дух же его вряд ли попадет в Шеол.