История одного гоблина: Символ веры

– А, малолетка еще.

Духи рассказывали Гарбу, что полурослики в тридцать только начинают взрослеть, и ему даже стало жаль этого глупого подростка.

– Тебя разве родители не научили, что нехорошо приставать к незнакомым дядям?

– Я сирота, – громко шмыгнул носом паренек.

Сам Гарб мать тоже помнил весьма смутно, а отца никогда и не знал.

– Ну что, сирота ширская, – смягчился шаман. – Где тут у вас деревня, чтобы я ее мог стороной обойти?

Подросток показал пальцем чуть в сторону от тропы.

– А как лучше миновать ее, чтобы попасть к Алвару? – спросил Гарб.

Хулиган объяснил, что дальше дорогу завалило камнями, поэтому лучше идти через поле.

– Если идти дальше, то придете прямо к нашим воротам. Дорога на Алвар за деревней, но там ее камнями завалило, и пока не расчистили. Лучше идите через поле вон туда. Как дойдете до леса, поворачивайте вправо и никуда не сворачивайте.

– Смотри мне, – погрозил ему шаман. – Если обманул, вернусь и накажу. А теперь беги, пообщайся с товарищем, который тебя бросил.

Глава 9

И началась первая великая война. Драконы возомнили себя самыми могучими среди богов и потребовали почитать их наравне с Део. В очередной раз гордыня привела к падению, ибо остальные боги объединились и вместе легко победили недругов. Великих драконов уничтожили, а остальных лишили божественной искры. Так драконье племя утратило своих богов.

Полурослик все-таки обманул, дрянь такая. Гарб его не упрекал, потому что на его месте, вероятно, поступил бы так же.

С другой стороны, очень хотелось вернуться и заколдовать пару розг, чтобы паршивец надолго запомнил, у кого нельзя даже в мыслях пытаться отобрать деньги. Поле, через которое маленький негодяй послал шамана, оказалось довольно топким, а под конец превратилось в самое настоящее болото. Издалека этого видно не было, а когда ноги начали проваливаться в трясину, стало поздно.

Топ-топ-топ, чвяк... Нога не нащупала опоры и провалилась.

– М-м-м, – замычал от досады гоблин, – ноги промочил.

Кожаные сапоги нахлебались болотной водицы, и теперь внутри них чвякало так же весело, как и снаружи.

– Стой здесь! – предупредил Гарб бычка и осторожно добрел до ближайшего кустарника.

Там он нарезал ножом лозняка и начал плести себе мокроступы. Не успел гоблин закончить и начать обуваться, как быку надоело стоять на месте. Животное шагнуло вперед и ухнуло в трясину всей тушей. Отчаянный бычий рев огласил окрестности.