Красный лист

– Да, а это значит, даже ночью вас найдём! – прокричали нам.

– И чего ты встала? – спросил я Калли.

– От слышамана не уйти, он уже, скорее всего, слышит наши шаги, а подойдёт ближе – и биение жизни будет слышать.

– Калли правду говорит! – раздалось снизу.

– Стали бы они нас... агитировать! Руки в ноги и шагом марш... влево, вдоль горы, вон по той тропинке, – шепнул я. Руками при этом показываю замотанный кулак... и киваю на путь вверх. – И молчи, Калли... иначе язык до Киева доведёт.

Люблю молчаливых и послушных девушек.

Хм, нашёл, конечно, время порассуждать. Ну, впрочем, как обычно. Хотя ножки стройные… Ладно-ладно, не в любой ситуации, люблю молчаливых и послушных вот конкретно в этой. А ещё... когда забиваешь сознание отвлекающими мыслями... Ага, ползём.

Скорость ночью упала. Сами мы старались не шуметь, для шума и дезориентации преследователей периодически кидали вниз большие камни – те, что в состоянии «только толкни, и я покачусь».

Задержало это наших преследователей или нет, история не узнает.

Мы поднимались, звуки сзади... нас нагоняли. Калли молчала уже не от того, что это я попросил, а просто не хотела и не могла. Придерживая и помогая мне, она пару раз упала – сломала руку, разбила лицо.

Только всё усиливающееся чувство, что мы идём верным путём, держало меня на этом пути. Медленно, но мы ползли.

Уже перед самым рассветом я осознал, что нужно успеть до того, как огненный луч Мерцающего города дойдёт сюда и… что? Сожжёт нас в этом туннеле... Бежать? Нет, на бег это не похоже, мы молниеносно ползли.

Настолько молниеносно, что когда огненный луч... лавой начал сжигать наши тела, что-то втянуло нас в портал, помогая преодолеть последние метры и секунды...

Рук не чувствую... ног... тела… головы... Глаза... глаза перестали видеть, точнее, остался только один цвет – красный. И то, что нас догоняют, уже не имеет значения. Я впихиваю еле ползущую Калли в зеркало портала и заваливаюсь вместе с ней.

– О... как предсказуемо, – слышу я слова, проваливаясь в сон.

Не хочу просыпаться.

Впрочем, чувствую себя на удивление хорошо, если так можно сказать о том, чего не чувствуешь…

– Давай вставай, просыпайся, ярин Север.

Мы сидим вчетвером в креслах. Я, Ю Лад, Калли... и, видимо, Милена, чем-то похожая на Ю Лада. Хозяева нашего уюта всё те же – серые в сером.

Состояние у нас всех четверых – где-то за гранью.

– Ю Лад, ты вернул свою сестру. Север, ты можешь задать любой вопрос.

– Она умирает, – не спрашивает, утверждает Ю Лад.