Дело о диффамации

Явились пятеро таких вот, трескотливых, и всё гнездо разнесли, ничего целого не оставили. Сказали, в другой раз придут, когда птенцы дома будут. Тут уж я подписала, не чирикнула.

— Это всё ложь! — выкрикнул адвокат Гамаюна. — Это она на почве личной неприязни выдумывает.

— Потому что адвокат Сорочинский от Ваньки-Каина кормится и по его делам отрабатывает. Что же до неприязни, то откуда-то ж взялась она, эта неприязнь. Может, бывшему своему я особых хлопот и не доставлю, да и до Каина не доплюну, но этого стервеца прищучу.

Судья пометил себе что-то на бумажке и объявил перерыв. Тут же два пристава встали по бокам Сорочинского, а к судье протолкался вызванный порученцем полковник Серый.

— Ваши действия неправомочны! — надрывался Сорочинский. — У нас презумпция невиновности! Это Голытьба должна доказывать, что я виновен, а не я — свою невиновность!

Серый неприятно хохотнул:

— Ты нам ещё про демократические ценности задвинь.

— Ванька-Каин это уже ваша забота, — сказал судья. — Заберёте Сорочинского и выясняйте: где, когда и с кем.

Что же по делу, то по результатам слушания судья счёл версию защиты заслуживающей внимания, а дело о клевете против Гамаюна закрыл за отсутствием состава преступления. Два — ноль в нашу пользу!

* * *

— Я уж не знаю, что тебе сказать, — полковник Серый был непривычно задумчив.

— Можно подумать, вы не знали, что за птица этот Сорочинский.

— Знать-то знали, — шеф отбарабанил пальцами замысловатый ритм. — Птица он некрупная, Каин им пожертвует не глядя. Не та ниточка, за которой весь клубок распутается. Тут беда в том, что у Каина на жалованье четверть приказных людей состоит, и замучаешься всех перебирать и проверять. Сейчас вот думаю, как мне доказывать, что у меня самого рыло не в пуху.

— Пока нечем хвастать, — честно признался Зверовид. — У Кроу очевидное алиби, а иные контакты пока не всплыли. Подписку о невыезде у группы взять бы до окончания расследования.

— Это можно, — расщедрился шеф. — Скажи Марьюшке, пусть подготовит, я подпишу.

* * *

Прямо у выхода его поджидала сестра.