История Ворона

Первая часть проверяет быстроту мышления, вторая — силу и навыки, а третья, самая сложная — ум, хитрость и изворотливость. Зайдя в проклятую деревню, Верент принял участие в выборах. Бой с зомби на островке и, как ни странно, разговор с представителем составляли первую часть испытания. Если бы Верент слишком быстро согласился участвовать, не проверив правдивость предложенного, его бы просто уничтожили как недостойного. Вместе с ним эту часть прошло тридцать других некромантов. Верент уже подумал, что выборы какие-то слишком простые, но разговорчивый скелет его быстро разубедил.

Сухо рассмеявшись, спутник Верента поведал, что вторая часть заключается в кровавой битве без правил, из которой должен выйти только один живой. Подробности третьей части расскажут победителю предыдущих раундов, но по слухам смерть на втором этапе испытания является одним из лучших исходов.

— Что скажешь про шансы на выживание во второй части, — наугад спросил Верент у своего проводника. — Есть возможность остаться прежним после всего?

— Если мне не изменяет память, в прошлый раз пришлось проводить выборы дважды из-за отсутствия выживших, — наигранно кашлянув, ответил скелет.

— Зато теперь на поле испытания лежит достаточно превосходных тел с долгим сроком выдержки. Вам будет легче призывать себе слуг, хе-хе.

— Нечего сказать, обнадёжил, — скривился Верент под шелестящий смех скелета.

Так, неспешно обмениваясь мыслями о предстоящей битве, они подошли к огромному чёрному обелиску, гордо возвышавшемуся над землёй.

Вокруг него явственно чувствовалось мощное магическое поле.

— Этот обелиск — граница, — пояснил скелет. — За ним находится ваше новое поле боя. Мечом, который Вы вытащили вместе со мной, можно границу разрубить и пройти дальше, но учтите — портал работает только в одном направлении. Когда Вы попадёте внутрь, граница восстановится. Так мы отрежем пути отступления тем, кто решит сбежать. Правил в битве нет, условие победы одно — остаться в живых должен только один. Удачи.

Сказав это, скелет приподнял котелок на голове, прощаясь, развернулся на каблуках, сделал шаг и исчез под землёй.

— Ну что ж, старик хотел, чтобы я разобрался с зомбяцким лордом, а тут их целая толпа. Придётся поработать внеурочно! — Верент усмехнулся, размахнулся и со всей силы вонзил клинок в обелиск. По камню глухими щелчками пошли трещины, они складывались в человеческую фигуру. Верент увидел перед собой лицо, искаженное от боли, застывшее в немом крике.