Уборщик чародея

Там закупались оружием и серебром и пускались в обратный — более опасный, ведь оружие и серебро куда милее разбойнику, чем горшки и специи — путь к морю.

Для негоциантов, почтарей и проходимцев всех мастей в Овражке выстроили просторный трактир с постоялым двором. Бывали дни, когда чужаков в деревне оказывалось больше, чем местных!

Всё это в прошлом.

Лет тридцать назад горняки докопались до странных изогнутых кольцами тоннелей, из которых хлынули безглазые, зато полные зубов твари. Справится с ними не вышло.

Как выразился многодетный начальник одной из шахт: «Они прут, как младенцы из утробы моей жёнушки».

Копи спешно закрыли, шахты завалили. Горнодобытчики и кузнецы перебрались севернее, в безопасные места. За ними потянулись торговцы, а за торговцами — куда же без них — разбойники. Тракт зарос травой и получил нынешнее название «Старый большак».

А вот трактир остался!

Напоминая о былом величии, его горбатая крыша, крытая не абы чем, а глазированной черепицей, по-прежнему возвышается над деревней.

На перекладине у крыльца покачивается на ветру вывеска с гордым названием — «Гербовый гусь» (в простонародье просто «Гусь»).

Деревянный в натуральную величину гусь у крыльца, пару лет назад при постыдных обстоятельствах лишившийся клюва, всё так же приветственно машет крылом, зазывая посетителей.

Торговцы здесь теперь бывают редко, зато люд со всех местных деревень приезжает пропустить пару кружек пива и обменяться новостями.

Поэтому Ивон был сильно удивлён, когда увидел в зале троицу явно неместных типов.

Выдали чужаков короткие мечи на поясах. Крестьяне, как известно, мечей не носят — грядки ими полоть не удобно, сено косить и подавно. А стоит один такой меч, как целый огородный инвентарь с косами, лопатами и мотыгами, и сарай, где всё это добро обычно хранится.

Едва Ивон вошёл в трактир, чужаки повернули к нему заросшие щетиной морды, оглядели хмуро-равнодушно и вернулись к своим мискам и кружкам.

Трактирщик велел обождать, так как пироги были отправлены его женой в печь не так давно и ещё не поспели.

Ивон заплатил за овёс и отправился исполнить обещание, данное Колючке.

Конюшня была из прежних времён. Длинная, со стойлами, отделёнными дощатыми стенками, большая часть которых обычно пустовала.

В первых трёх сейчас стояли лошади. Вероятно, тех мордоворотов, что сидели в трактире. В четвёртой скучал Колючка.

— Йа! — обрадовался ослик, увидев Ивона с мешочком овса.

— Конечно, я же обещал.