Королевские чётки-1: зерно Чужестранца

— Как я могу бросить моего короля одного?

Дарган закатил глаза:

— О ступай, мой рыцарь! И не волнуйся, твой король знает, что делает!

«Впрочем, как и всегда, да?» — подумала, но не сказала я.

Внутри корабля-таверны царила тёплая уютная атмосфера, не сравнить с тем, что творилось снаружи. Горели фонари из цветного стекла, играла медленная музыка, пахло табаком и благовониями. Посетители, видимо, моряки и купцы, расположившись на больших подушках, пускали в потолок кольца дыма и тихо переговаривались.

И гости, и прислуга — сплошь чужестранцы: таприканцы, их соседи — ретаньяне, а также фроксиане.

Думала, что на разодетую таприканку опять начнут коситься, если не с опаской, как в трущобах, то с удивлением. Но удивлена была я, увидев своих соотечественников, разодетых во фроксийскую одежду: чёрные панталоны до самых пят и белые рубахи. По этой одежде невозможно определить бедный человек или богатый, у меня, по крайней мере, не получилось. Была также парочка таприканцев в яркой серенидской одежде. Они с особой важностью курили трубки, заняв столик в самом центре одного из залов.

Я указал на первый же кувшин, и он наполнил кружку.

— Пятнадцать медью.

— Не подскажете где мне найти советника Уолу? — спросила я, отсчитывая монеты.

— О! Он здесь! Как всегда, на верхней палубе, — ретаньянин кивнул в сторону трапа.

Я расплатилась и поднялась на верхнюю палубу.

Понять, кто тут главный, не составило труда. Советник сидел на скамье под навесом, один на четверть палубы и занимался важными делами: курил трубку и смотрел на море.

Как и отложилось в моей памяти, Уолу — рослый широкоплечий мужчина с массивными руками, челюстью, шеей. Длинные панталоны и фроксийская кожаная куртка сидели на нём как влитые — вот, на кого рассчитана эта одежда.

Словно почуяв моё приближение, советник замер, медленно обернулся. Средних лет, гладко выбрит, белые волосы зачёсаны назад, холодные голубые глаза, смуглая кожа, какая бывает у моряков от ветра.

— Вы что-то хотели? — сместилась вниз его челюсть. Таким голосом можно медведя уложить.

Из головы вылетело даже собственное имя.

"Говорила же Даргану, переговоры — не моё!"

— Я.... я... вы, господин Уолу? — выдавила из себя я.