Паж его величества

Я ощутил, что начинаю багроветь, но уже не от злости.

— Издеваетесь?

Сказка есть такая, про королевну, которая мертвым сном спала в хрустальном гробу. Жених ее три года искал, и когда нашел, то легко разбудил. Один поцелуй — и готово.

Но сказки на то и сказки, это раз. Ирия мне не невеста, это два. И есть еще всякие и три, и четыре…

— Хочешь, чтоб я попробовал? — поднял брови герцог.

— Да вы с ума сошли. Просто давайте заберем ее и отнесем в Тиарну, к феям.

— Олух. Мы в прошлом. Представь, что будет, когда мы во дворец заявимся.

— Вы издеваетесь. Это не сработает.

Тайран долго пялился на меня исподлобья, а потом повернулся лицом к Ирии и наклонился над ней. У меня глаза на лоб полезли; впервые за долгое время мне захотелось герцогу врезать, но я не успел сделать и шага. Эльза успела раньше. Бесноватый ком черных перьев с воплем свалился Тайрану на голову.

— Ведьма! Нельзя! Нельзя! — вопила принцесса.

Какая прелесть, а мне, значит, можно? Оставляя за бортом все остальное, в этом было что-то неправильное.

Толкать хозяина я все-таки не стал, потому что Эльза отлично справилась с задачей и без меня. Она отогнала его благородие в угол и только тогда успокоилась. Я со зловредной мстительностью отметил, в какое воронье гнездо превратились его волосы. На носу у герцога появилась свежая царапина.

— Не зыркай, — сказал он мне. — Я не стал бы.

Я промолчал. Что тут скажешь? Дурной у меня хозяин на всю голову, и я вслед за ним.

— Помнишь, что Ирия на севере говорила? Некоторые чары правда так снимаются.

По чести, у нас не было никаких других вариантов. Только искать живую воду, о которой я впервые слышу, и нам некого просить о помощи. А потому попробовать — хуже не будет.

В этом было что-то неправильное. Остро, даже отвратительно неправильное. Я мысленно попросил у Ирии прощения и все-таки это сделал, ощущая себя одновременно последним дураком и немного сволочью.

Конечно, ничего не изменилось. Ирия не шелохнулась, только ее золотые волосы слегка потревожились движением воздуха.

Я с яростью обернулся на герцога, почему-то представляя, как он ухмыляется. Но Тай был серьезен и даже угрюм. Ну нельзя всерьез надеяться, что подобный фокус сработает. Я провел по лицу ладонью и отошел к выходу, к Сейхе. Дух слегка склонил голову набок; в его зеленых глазищах мне почудилось сочувствие.