Нундан Токкэби

Тигры, лисы, барсы, журавли, змеи, черепахи, обезьяны, коты, саламандры… Они чувствуют себя, как дома в моём доме. Вместо крови у моих детей проклятье. Своим обманом я заслужил смерти. Но разве мои дети виноваты в ошибках своего непутёвого отца?»

– Не надо было заводить детей! – раздраженно посоветовал токкэби, принимаясь за следующий конверт. – Ким. Приятель. Ты мастер выводить из себя. С того света злишь хёна. Знаешь же, что я читать не люблю.

Хён, я скучал. Сегодня на обед у меня был карп.

Его морда напомнила мне тебя.

– Да чтоб тебя! Что за шутки?..

«Хён, я скучал. Так скучал, что нарисовал твой портрет и повесил среди гравюр. Он столь изыскан и деликатен, что ты его сразу узнаешь, когда явишься навестить старика Кима.»

– Уж не о тех ли каракулях он болтает? – Су Ён взглянул в оконное стекло, сквозь которое виднелись любопытные лица и морды всего служебного состава Нундана. – Да нет. Бред. Вовсе не похож я на того урода. У меня аккуратные уши, а у того как у старой обезьяны.

«Хён, я скучал. А ты? Не отрицай, ты тоже скучал.»

– Скучал? Поскучаешь тут, когда змеище заставляет белую фасоль от красной отбирать, белый рис от тёмного… Естественно было очень скучно! – вереница писем будто игральные карты скользили в его руках.

В каждом из развёрнутых конвертов старик Ким писал о том, что сожалеет, о том, что все богатства мира не стоят потери такого чудесного собеседника и доброго друга, как хён.

Или же нёс несусветную бестолковщину про боли в суставах и выпадающие зубы, а ещё причитал и причитал, говоря, что богатства, будто журавли разлетелись по миру, но в отличии от грациозных птиц не принесли радости. Мерзкие драконьи деньги, они исчезли в карманах контрабандистов, но их проклятье оставалось в построенном на них доме.

«И теперь оно манит, позволяет бессмертным ошибочно принимать человеческий домик за опустевшую пещеру змея. Всю свою жизнь я прислуживал им, как должен был прислуживать хёну,» – писал Ким.

– Этот мальчишка на жизнь свою жалуется или извиняется? – не в состоянии больше выносить потоки жалоб Су Ён уронил голову на руки. Вокруг него тут и там будто грозди ландышей стелились исписанные листы. – Ты же знаешь, как я ненавижу читать… Зачем столько написал? Эй, Ким… – Су Ён поднял глаза к небу и внезапное прозрение посетил его. Он вскочил и пнул ящик.