Нундан Токкэби

А ещё помню, как все они жадно смотрели на мани поджу. Глазами пожирали, змеюки! Они моего приятеля имуги затоптали и сожрали, а на малыша токкэби бочку катят! Накажи их, хозяин восточного моря! Не смотри на родство, на кумовство, а завяжи узлом и повесь сушиться на солнце!

– Лжешь! – кричал летавец.

– Врёшь, – тряс гребнем керён.

– Брешешь… – шептал канчхори.

– Вы видели его, когда он обращался? – взывал Су Ён к хвалёному драконьему уму. – Когда он обращался и хвостом раскидывал корзины с перебранным рисом мне приходилось годами зёрна из-под столов выметать.

Видали, какой громадиной он был простым змеёнышем, а когда драконом стал то наверняка размером с гору! Как такой утончённый токкэби, как я мог его убить? Вы пробовали кочергой скалу снести, шнурки сандалии?!

– Откуда знаешь, что имуги стал размером с гору, обратившись драконом? – спрашивал летавец, мерцающим кольцом извиваясь вокруг хозяина Нундана.

– Это мог бы знать только тот, кто видел его, – пушил полуперья-получешую керён.

– Мог знать только тот, кто убил имуги… – грозно подытожил канчхори.

Драконы обращались к великому отцу, кивали головами, звенели чешуёй, призывая его принять верную сторону. Ток Су Ён просил его не быть к нему предвзятым, только по той причине, что он топчет землю ногами, а не рассекает по волнам. Говорил, что чудно их понимает, ведь когда они с братьями мотыгами, мётлами и лопатами творили всякие дела то тоже искали виноватых среди синиц и кроликов.

Мистический балаган не прекращался, более того – Лида Ким поднялась.

В подводном царстве дивные воды сглаживали боль, усмиряли кровь, придавали фантомных сил. Феерическое забвение утрачивало эффект едва убаюканных ран касались стрелы надземных ветров. Но чар тех было достаточно, чтоб попробовать донести простую ясность.

Она сказала, что имеет доказательство того, что Нундан Токкэби не причастен к внезапной смерти младшего потомка. Важные слова, но единственное на что могла сослаться Лида Ким – смехотворная бумажка, именуемая контрактом.

Имуги сам подписал её, следовательно, претензий не должно быть. Так уверяла она, щурясь от блеска Ёнвана.

– Контракт? – скривился летавиц, строя Лиде Ким глазки.

– Разве с одним из нас он был подписан? – керён заметно уставал.

– Только младшенький, только наш младшенький обязался не предъявлять претензий, но теперь он мёртв… – казалось от раздражения канчхори закипало драконье царство.

– Почему так сложно? – не понимал Су Ён.