Нундан Токкэби

До сих пор, как встречаю табличку с его именем на воротах так меня и мутит. Прежде можно было построить мост за ночь, но сейчас все требую бессмысленных изысков. Одних каменных львов сколько ваять нужно будет.

Закутавшись в клетчатый плед, вытирая слёзы горстью бумажных полотенец и опустошая одну чашку горячего чая за другой акасита продолжал. Продолжал описывать бессовестного злодея, что покорял бедных бессмертных особой силой. Рождённый от неэтического союза призрака и человека, вместе с особыми глазами он получил власть над духами рангом ниже, чем был его аморальный папаша.

Ничего бедные чародейчики сделать не могут, покорно приказы исполняют, страх неописуемый их сковывает. Такова она, сила особой крови.

На Той Стороне скоро поверье пустит корни, скоро несмышлёных детёнышей станут пугать одноглазым человеком, что похищает духов и заставляет работать. Разве это нормально? Разве так должно быть? Гармония обоих сторон пошатнётся от бездумных предпринимательских действий.

– Ну-ну, – успокаивал Су Ён.

– Так иногда бывает. Потерпи. Это ненадолго. Максимум на одну человеческую жизнь.

– Потерпеть одну жизнь?! Ох… Ах!.. Ёкаи рангом повыше сами к ему в ножки кланяются и сделки предлагают. Им плевать на единых духовных отцов, на гармонию и равновесие, на растоптанные души земляков, важно лишь то, что плод порока платит золотишком. Когда меня и моих бедных собратьев привезли на континент в рыбных ящиках и отправили таскать материалы, у реки я нашел вот это, – агасита протянул обрывок листовки, которыми токкэби испестрил всю Ту Сторону.

– Тогда в моём сердце затеплилась давно угасшая искра надежды, и я отчаялся на побег. Ох… Ах…

Рыдает, плачет агасита, говоря, что чёртовы ёкаи Сато наверняка унюхали его след. Утишает земляка абура-сумаси, обещает, что хозяйка Нундана непременно всех пленников освободит. Подливает крепкий ликёр в чай учёный кот, уверяет, что кара настигнет негодяя, поглядывая в сторону хозяйки, а Лида Ким смеётся:

– Господин Сато… Неужели опять он объявился? – женщина постукивала кончиком кисэру о ладонь.

– Прежде был торговцем, владельцем фабрики игрушек и издателем скандальных газет. А теперь в строители заделался? Какой радикальный виртуоз.

Никто из присутствующих не понял о ком шла речь, но все, как один согласились, что некий Сато действительно непостоянен. Внезапно раздался настойчивый стук и требовательный, старушечий голос, призывающий немедленно открыть двери.