Пасисяки Пукк

— Ты из Волшебствони?

— Откуда же ещё? Мы убегали с Пасисяки от разъярённых местных женщин, он побежал в арку между домами, а я не вписался в поворот и треснулся головой о фонарный столб и вот, — я уже тут вылетаю из твоего унитаза.

— У меня в унитазе плавают кувшинки?.. — недоумённо спросил я сам себя и обратился уже к автору, протягивая ему полотенце: — Что у вас там стряслось?

— Сущие пустяки, Пасисяки на Гран-Пляс забрался на фонтан и оттуда читал лекцию всем местным женщинам, что-то в стиле — не пилить своих мужчин по вечерам.

Мягко говоря, женщины его не поняли, и мы пустились наутёк.

— Ну вы даёте!

— Не возражаешь моей компании?

Автор остался у меня на весь вечер: он принял душ, причесался, я его угостил шарлоткой, которую небрежно испекла моя жена из кучи яблок, всученных нам тестем со своего огорода, а потом он принялся читать то, что ты, мой дорогой читатель, прочёл страниц восемь так назад.

Мне безумно хотелось расспросить его о приключениях, в которые они с Пасисяки угодили, ведь автор отсутствовал в Волшебствони несколько недель, но пока он был занят чтением.

Я же решил вернуться к тому месту, где и остановился, сейчас только ноутбук проверю, не разбился ли он. Нет, не разбился, всё хорошо, продолжаем!)

Итак, ночная экспедиция Пасисяки удалась. Я не буду её подробно описывать, поскольку из интересного произошло лишь то, что в момент, когда он копал найденную Хоххоту, его с ног до головы облепили хамелевоны и хрипло пищали на него, так как отлив открыл невооружённому глазу их подземные домики.

Хамелевоны беспокоились, что Пасисяки разрушит их жилища, и суетились, бегая кругами, но тот копал очень аккуратно и ничего не сломал.

Нашёл он Хоххоту недалеко от того места, где впервые ещё летом выкопал корешки. Вода опустилась ниже среднего уровня и оголила много поверхности и растений, которые Пасисяки видел только в школьных учебниках. На этой почве теперь же, в ожидании прилива, бегали взад-вперёд хамелевоны, жучки-косынки[3], цаплевидные жабы и прочая подводоболотная живность — и все в один голос ругались на Пасисяки.

Целый мешок Хоххоты был выкопан, и Пасисяки (думая, что наконец ему в жизни крупно повезло) отправился домой.

Вернулся он ещё затемно, весь продрогший, с ледяным носом и ногами.

К счастью, Тули ещё была на работе, и Пасисяки в срочном порядке бросился на кухню очищать от земли и ила корешки, чтобы приготовить отвар.