Дом Ведьмы. Большая уборка

Ну, и… Спать я и на кухне могу, если найду себе какой-нибудь матрас — надо кстати у Триша поинтересоваться, нет ли такого где-нибудь в заначке, — а вот жрать посреди бардака — увольте!

Короче: кухня.

Честно говоря, фронт работ был тот еще. Света в кухне не было, окно было наглухо затянуто толстой плотной шторой, свежий воздух тоже отсутствовал как факт. Но если уж взялся за гуж…

Прикинув объемы работы, я решила, что толстовку можно оставить и во дворе, на скамейке под осунувшейся яблоней.

И только дернула за молнию, расстегиваясь, как….

— Сударыня ведьма, ну кто так раздевается? Кто вас вообще этому учил? Скажите ему, что он ни черта в этом не разбирается. Раздеваться надо не торопясь. И так, чтобы каждым вашим движением можно было любоваться!

Голос был ехидный и доносился откуда-то сверху.

Чуть повертев головой, я обнаружила, что моя частная жизнь беспардонным образом нарушена.

Дом ди Бухе соседствовал еще с двумя особняками. Один из них был вычурный и слегка напоминал средневековый замок в очень сильно уменьшенной версии.

Нет, я, конечно, в волшебном мире и все такое прочее, но картинка…

— Сударыня, вы что, анимага, никогда не видели? — обиженно озадачился нахал, когда я прыснула со смеху, глядя на его уши.

— Да знаете, не доводилось, сударь, — хихикнула я.

— А еще ведьма, — “кролик” возмущенно надулся, а потом спохватился.

Интересно ему. Можно подумать, он тут на выставку пришел.

Я подергала молнию взад-вперед, подумала, что рукава, если что, можно и закатать, а кое-кто обойдется и без бесплатного стриптиза.

А кухня ждет, между прочим! И сама себя она не уберет.

— Все ведьмы обломщицы, — получила я диагноз уже после того, как направилась к дому, так и не сняв толстовки.

— В следующий раз подглядывайте молча, сударь, — бросила я через плечо. Поклявшись, что в следующий раз раздеваться буду за задернутыми шторами.

Ага, где бы их еще взять.

— Триш, а кто живет слева от нас? — поинтересовалась я, останавливаясь в дверях кухни и прикидывая, с какого места начать так, чтобы при этом хламом мне не отдавило ногу.

— Молодой Кравиц, — крыс недовольно сморщил нос, — бездельник и лоботряс, если честно, миледи.