Дом Ведьмы. Большая уборка

Остается только надеяться, что в магистрат она заявиться не додумается.

5. Глава о вуайеристах, анимагах и о том, что дело мастера, конечно, боится, но само не делается

Честно говоря, я добралась до дома ди Бухе на реактивной тяге собственного возмущения.

Вот же гад! И нахамил, и толкался, и угрожал. О, еще и ведьмой меня обзывал!

Только у самых ворот дома ди Бухе я остановилась, чтобы рассмотреть его получше. Оценить, так сказать, фронт работ.

Вблизи мой новый дом выглядел даже чуть более драматично, чем издали.

Обшарпанный, с некрашеным фасадом и даже с двумя разбитыми окнами на втором этаже.

Второй этаж!

Это же еще один целый этаж бардака!

Я мысленно застонала, только представив масштабы предстоящей мне работы.

Разобрать это за месяц? Одной? Можно мне сразу сказать, что у меня лапки?

К дому, кстати, прилагался небольшой садик спереди и большой сзади. И наверно, когда-то они были прекрасными и цветущими, но сейчас напоминали классический пейзаж жуткого дома, какими их рисуют в каких-нибудь мультиках.

Сероватая трава, черные скрюченные стволы деревьев, затянутый ряской пруд на заднем дворе и пара покосившихся одноэтажных домиков — баня и дом садовника, как пояснил мне Триш. Только кладбища для окончательного сходства с домиком семейства Аддамс мне и не хватило.

А жаль, что сходство было не полным, кстати. В какой-то момент я аж представила, как посажу тут хищную лозу, которая будет кусать всех проходящих мимо хамских, но возмутительно симпатичных вампиров, скажем, пониже спины.

А потому что нельзя быть на свете красивым таким, особенно если ты такой редкостный гад, как Джулиан ди Венцер.

Гад обязан быть страшненьким, кривым и желательно, еще и горбатым, чтоб печалиться было не о чем!

— Ну-с, с чего мы начнем, миледи?

Триш не выглядел преисполненным энтузиазма. Кажется, он понимал, что в отсутствие любой прислуги у меня на побегушках будет только он и никто другой. Ну, а что такого? Пора бы отрабатывать пожизненное содержание, полагавшееся благородному крысу из рода Кориандровых.

— С кухни!

Этому было несколько причин. Во-первых, я помнила масштабы беды, раскинувшейся в холле, и кухня казалась меньшим из зол. Во-вторых, к бардаку на кухне я всегда относилась хуже всего. Творческий бардак в спальне — еще терпимо, а вот там, где хранится священный Грааль, то есть еда, не должно быть ни малейшего уголка для тараканов и прочей гадости.